Легенда преступного мира

Дела его шли в гору, и всего через год он стал главарем своей шайки. Их криминальная компания вначале занималась мелкими кражами в супермаркетах, из машин, из квартир. Потом начала торговать наркотиками. И тут шайку взяли…

Свое совершеннолетие Павел встретил на нарах. Правда, срок ему дали не слишком большой – три года общего режима, поэтому, выйдя на свободу «положенцем», он тут же взялся за старое. Но действовать теперь стал умнее и хитрее. За время отсидки, которое он не терял даром, Брухашко почти наизусть выучил УК и многое другое, что могло бы ему помочь в опасном и нелегком «труде» вора и мошенника.

И впрямь, ловко перекладывая грязную работу на своих подельников, теперь он гораздо чаще выходил сухим из воды. Но все равно случались и накладки, и Паша Тротил еще несколько раз отправлялся за решетку.

…Читая этот очерк, Гуров никак не мог понять: что именно своим опусом хотела сказать читателям Лилия Форинт? Если в одних абзацах повествования ощущалось осуждение действий «положенца», то в других – чуть ли не восхищение его «организаторскими талантами» и «его природным оптимизмом и умением держать удар».

«Надо же! – усмехнувшись, мысленно отметил Лев. – У него есть еще и природный оптимизм. Интересно, какой оптимизм он дарил бедолагам-старикам, которых лишал жилья и имущества?!»

Нашлись в интернете сведения и о Славе Тормозе. Этот «железный дровосек» (как себя именовал он сам) когда-то работал матросом торгового флота. Попутно «подрабатывал» контрабандой.

На этом и погорел. Однажды Тормохин был застигнут в момент реализации «швейцарских часов» (китайских подделок, купленных в Гонконге). И только тогда узнал, что уже давненько был на контроле у милиции. Состоялся суд, дали ему пять лет. После отсидки устроиться на прежнее место больше не удалось. И тогда Тормоз (такую кличку ему дали в заключении) решил вспомнить ремесло своего папаши, который в течение немалого числа лет занимался незаконными порубками. Переехав из Владивостока в Подмосковье и обосновавшись в Никоновском районе, Тормоз первым делом постарался обзавестись полезными знакомствами.

И таким «полезным» знакомым оказался замглавы района Шустрилов. Очень нечистоплотный, скользкий и изворотливый чинуша и экс-контрабандист сразу же нашли общий язык. Шустрилов (в стенах администрации прозванный Налимом) регулярно оформлял разрешения на санитарные вырубки, в том числе и на территории заповедных, реликтовых рощ.