Она моя. Забытая ночь

Две – это перебор согласна.

Оба мужчины тут же устремляют на меня свои глаза.

– Что? О твоей невесте молва скоро до Питера дойдет. Плохо вы заботитесь о репутации, господин мэр.

– Да, – задумчиво говорит бывший муж, – ты прав отец.

– Свободна, – выпроваживает меня старший Подгорный.

– И это все?

– Поговорим, в следующий понедельник.

– Ладно, – встаю и ухожу, улыбаясь.

Села в машину и поверить не могу, что дала им отпор. Хотя все оказалось слишком просто, может они так заняты подготовкой к компании предвыборной? Все-таки ноябрь не так далеко.

Замечаю пристальный взгляд Владимира в зеркало заднего вида.

– В чем дело?

– Ни в чем. Простите.

– Владимир, вы странный сегодня. Все хорошо? Сегодня съездим за Юлей в садик к пяти и все, можете быть свободны, мы выходить не будем.

Вот только он не ответил мне, а лишь кивнул головой, и вернул внимание к дороге.

«Может в семье чего приключилось, не лезть же мне в душу к человеку?»

Поднимаюсь к себе, но в этот раз Владимир идет со мной и в руках пакет у него.

Открываю дверь и вхожу, но не успеваю расслабиться, как меня ошарашивает он своим заявлением, точнее убивает каждым словом.

– Дина, сегодня вы больше никуда не выйдете, в квартире активированы глушилки, дозвониться ни до кого вы не сможете. Юля после садика улетает в Грецию с Раисой Ивановной. Вернется во вторник. Это приказ Вячеслава Николаевича. Простите.

Договаривает и тут же выходит из квартиры, запирая дверь на второй замок, ключа от которого у меня нет.

– Что? – шепчу свой вопрос рассматривая узор на той самой двери, которая теперь кажется бетонной.

Недоумеваю от того, что услышала, но состояние транса не отпускает.

Оборачиваюсь, смотря в пустое пространство квартиры и не верю, что сказанные слова мужчины мне не послышались. Что моя девочка тут, а не…

– Боже, – закрываю рот рукой и кричу от страха, который взял меня за горло и держит так, что можно задохнуться.

Кидаюсь к двери и начинаю по ней колотить что есть силы.

– Нет! Нет! Нет! Не поступайте так со мной, Владимир, я вас прошу… – плачу навзрыд. – Не будьте жестоки к моей девочке. Позвольте защитить ее. Я вас умоляю.

Не прерываясь, тарабаню по железной конструкции, зная, что там никого нет.

– Откройте, я умоляю. Не отдавайте ее им… – скатываюсь вниз, подобно дождевой капле и не шевелюсь.

Вытаскиваю из сумочки телефон, чтобы на всякий случай проверить сеть.