Кремлевская пуля

Во всех остальных случаях кто-то из нас обязательно оставался на месте, а на ночь Попов дверь опечатывал.

– Согласен, – кивнул Александров. – Но что могло спровоцировать покушение?

– Разговоры на бытовые темы я опускаю, а по делу… – начал Гуров и задумался. – В понедельник после нашего позднего обеда я нашел в материалах на Данилова список его зарубежных счетов. Напротив некоторых из них стояли крестики. Я поинтересовался, те ли это счета, которые ему оставили, или уже пустые, но эту тему мы не обсуждали. Да мы в тот день настолько увлеклись работой, что практически не разговаривали.

Во вторник я два раза отлучался из здания, вернувшись, сказал, что, кажется, появился след в конце тоннеля, но того ли – неизвестно. Алексей Юрьевич работал над документами Богданова. Я предположил, что ближайший помощник данного персонажа может быть его внебрачным сыном.

– Да, он об этом написал, мы проверили. Это оказалось действительно так, – сказал глава администрации.

– После этого мы пошли обедать, потом снова работали.

Вечером, незадолго до отчета, я смотрел документы на Куликова и удивился, что его дочь закончила самую обычную московскую школу, а не престижный лицей, как дети остальных фигурантов. Я предложил проверить ее одноклассников, друзей и все окружение в то время. Вдруг кто-то из них потом стал уголовником?

– Этим занимаются, – сказал Александров. – Что еще?

– Все. – Лев Иванович развел руками. – Не знаю, какая из этих позиций подтолкнула крота, окопавшегося у вас, к столь решительным и срочным действиям.

Это предстоит выяснять. Ведь покушение было не подготовленным, а спонтанным.

– Выясним! – недобрым голосом пообещал Александров. – Что по самому покушению на Лешу?

– Вообще-то, и на меня тоже, – заметил Гуров. – Было самое начало второго, когда пришла официантка, довольно высокая и крупная. Я тогда подумал, что такую тетку послали именно потому, что ей легче было тащить два подноса, чем какой-нибудь хрупкой девчушке.

– Пока просто опишите ее, а фотографии их всех вы потом посмотрите, – заявил Александров.

– Понимаю, что это прозвучит не очень вежливо, но не могли бы вы подойти к двери, чтобы я мог точнее определить ее рост? – извиняющимся тоном попросил Лев Иванович.

Александров без малейших возражений поднялся и встал у двери.

– Она была ростом где-то до вашей переносицы, – сказал Гуров.

– Метр восемьдесят? – удивился тот, возвращаясь на место. – Я всех, конечно, знать не могу, но таких высоких у нас, по-моему, нет.