Алиса в стране насильников

Но сестра объявила, что я сатанистка и попаду в ад. Меня, однако, не сильно это обеспокоило. Я уже не видела большой разницы между Католицизмом и Сатанизмом. И у меня не было больше желания придерживаться католических принципов. Мои иллюзии развеял тогда священник, подвергший меня насилию и такому опустошению, которое продолжительное время, буквально вынуждало «сходить с ума».

***

Год учебы в выпускном классе я провела словно в трансе и все больше отдалялась от религиозных ценностей. Однако, пребывание в Католическом центре увеличило мою выносливость.

Как мне было приказано дядей Биллом, я записалась в команду по легкой атлетике. Католический центр являлся лучшей школой в штате по подготовке легкоатлетов за счет того, что здесь использовалась техника контроля над сознанием для спортсменов с целью приведения их к наилучшим результатам.

Девушки и парни собрались после школы на тренировки. В основном у нас проводились забеги. Я часто бегала в паре с парнем, его звали Джон, он учился в выпускном классе соседней обычной школы и был лучшим в забеге на милю среди юношей штата.

С возрастом я становилась все привлекательнее, на меня стали обращать внимание парни. А Джон предложил мне совместные тренировки. Вместе мы учились держать дыхание во время пробежек и наращивать темп от тренировки к тренировке.

Мы бегали в быстром темпе, я старалась не отставать от парня, иногда он подстраивался под мой темп, иногда опережал и потом поджидал в условленном месте, чтобы вместе вернуться назад.

Мои тренировки по развитию физической выносливости оказались успешными. Джону нравилось бегать со мной, как и мне с ним. Мне льстило его внимание, мне нравился этот парень, который был старше всего на год.

Как-то раз, сразу после забега, Джон сказал, что хочет меня поцеловать. Это было неожиданно. Я никогда раньше не целовалась. Поцелуи в нашей Борисье не были в почете, а дядя Билл использовал меня, без поцелуев. Целующихся людей я видела только в кино. Мне вовсе не хотелось целоваться, но Джон так просил об этом, что неудобно было отказать.

Я вообще не умела отказывать. В самом деле, что мне трудно дать себя поцеловать этому красивому спортсмену?!

Меня воспитали послушной девочкой. И постоянно внушали, что следует вести себя так, как говорят другие, более умные и опытные люди, потому что так будет лучше для всех.

Я росла доброй и покладистой. В любом ситуации в точности делала то, что от меня требовали.