Девственность на продажу

Александр отпустил бедра Дианы и его руки безжизненно упали вдоль тела.

– Ты просто чудо! Многому, конечно, придется тебя еще научить, но безусловно, ты стоишь тех денег, которые я за тебя заплатил! – мужчина довольно похлопал ее по телу и приказал встать.

– Подойди ко мне, – поманил он к себе, вытащив ключ от наручников и показывая, что нужно повернуться к нему спиной. Она послушно повернулась. Александр расстегнул браслеты и освободил ее руки.

– Я очень устал, можешь сделать мне массаж и гладить спину, пока я отдыхаю?

– Да, Господин, с радостью! – глаза Дианы загорелись, наконец-то хозяин разрешил его трогать, это именно то, чего она хотела! Александр повернулся на живот и почти сразу же уснул, а Диана гладила его и ласкала, почти до самого вечера.

Проснулся Александр уже довольно поздно. На часах было около пяти часов. Усталая Диана хотела спать и умирала от голода.

– Сколько же я проспал? – он посмотрел на часы и был слегка озадачен, он посмотрел на сидящую возле него на земле Диану и поманил к себе.

– Тебе нужно помыться, у тебя опять кровь, – он показал на ее ноги, и она заметила там кровавые следы. – Одевай платье!

Диана быстро надела свое платье и встала перед ним в ожидании дальнейших приказаний.

Дикая игра профессионального минета

– На колени! – скомандовал он, поворачиваясь на кушетке в более удобное положение и запрокинув руки за голову. Диана послушно встала на колени, – молодец! Ты очень послушная, мне это нравится! Подожди одну секунду, я быстро.

Девушка старалась не смотреть, как он это делает, но насколько ей было известно, что мужчина не должен писать в присутствии женщины, если только это не часть сексуальной игры. В следующую минуту, Диана поймала себя на мысли, что осуждает своего хозяина, размышляя о его поведении. Она испугалась, что греховные мысли навлекут на нее беду,

и тут же отогнала от себя негатив, стараясь заставлять себя думать только о том, как удовлетворить своего хозяина.

Александр вернулся назад с расстегнутой ширинкой, из которой нагло выглядывало все его хозяйство. Его член и яйца безжизненно висели, словно говорили всему миру, что уже не хотят ничего. Диана с интересом разглядывала этот странный прибор, который мог становиться таким огромным и причинять столько боли, разрывая ее изнутри, то вдруг превращался в нечто иное, меньшее по размеру раза в четыре.