Наказание для отчима

И она тоже тебя не простит! И я буду ходить мимо и смотреть, как ты подыхаешь, и ни-че-го не сделаю!

Влад с ужасом смотрел на Настю, а та, находилась сейчас на самом пике своего ликования. Она тряхнула головой – волосы взметнулись вверх и рассыпались по плечам, заиграли разноцветными отблесками нити в волосах. Она сложила руки на груди и повернула голову в профиль.

Воздух так и пропитался атмосферой древних русских сказок, такой завораживающе жуткой и очень чужеродной здесь, в этом маленьком американизированном квартале.

Все мы втроем замерли, Влад перестал дергаться и елозить по полу, я застыла, глядя в стену, а Настя возымела над нами такую власть, что могла бы заставить делать что угодно, и мы делали бы все.

Я очнулась первая.

– Так, Царевна! Кончай свою магию демонстрировать, а то мы так с тобой и до ночи не управимся.

– Я знаю, – лукаво улыбнулась Настя.

– Но ты хороша, подруга, по-настоящему хороша! Будешь моим секретным оружием, и все мужики окажутся у наших ног!

Она расхохоталась очень холодно и торжествующе.

Я подмигнула Владу, мол, смотри, какая у тебя дочь!

– Помоги-ка мне, подруга! Ага, вот так!

Я не спускала с мужчины ствола, и мы вместе перевернули его огромное тело на живот. Настя уселась на спину отца, скрестив ноги, поймала веревку, которую я ей кинула, и ловкими замысловатыми и, сомнений нет, крепкими узлами связала его руки. Таким же образом поступила и с ногами. Она накинула петлю и на его шею, но я покачала головой, решив, что это уж чересчур.

– Погоди, потом я дам тебе такую возможность, сейчас он нужен мне живым.

Я объяснила, где припаркована моя машина и попросила пригнать ее к крыльцу. Настя сломя голову кинулась туда. Я осталась с Владом наедине.

Он не издавал членораздельных звуков, но продолжал гневно рычать и хрюкать.

– Помнишь ли ты меня, Влад? Знаю, что помнишь! – шепнула я ему на ухо.

Он промычал что-то утвердительное.

– Помню, конечно, шалава, как тебя не помнить. Поменьше гордости в тебе было раньше, да победнее выглядела. А так, какой была, такой и осталась!

– Ошибаешься! – я ударила ему ногой прямо в лицо. Послышался неприятный хруст, кажется, я сломала ему нос, но тем лучше. Ударила еще и еще раз, в живот, в пах, в шею.