Наказание для отчима

Лежала в реанимации, долго, несколько недель. Вот, теперь только шрам остался. Как только я стала совершенолетней…

Настя втянула носом воздух и закрыла глаза. Я поняла, что она мне сейчас скажет.

– …он изнасиловал меня в первый раз. Долго. Больно. Медленно. Член у него крошечный, но это была не помеха – он засовывал в меня руки, так, что я не могла сидеть. Подвешивал на потолке и насиловал кухонными приборами, и много чем еще. Однажды он приковал меня к батарее и уехал, а потом… Потом вернулся с дружками, такими же отбросами общества, как и он сам.

Они пустили меня по кругу. Каждый насиловал так жестоко, как только мог. Такое повторялось, и довольно часто.

Я приходила из училища домой, и знала, что в определенный день меня будут насиловать. Если я не приду – меня убьют. Все кристально чисто. И я приходила, каждый чертов раз. Они заставляли меня становиться повиноваться, раздевали, насиловали. Иногда заставляли танцевать…

Когда мне было девятнадцать, он придумал дважды в неделю меня пороть.

В среду и в воскресенье. Поставил в том чулане софу, привязывал к ней за руки и за ноги, под живот подкладывал подушку, и бил. Ремнем, розгами, иногда даже крапивой. Это было ужасно.

Каждый раз, вне зависимости от того, что произошло в училище и как прошел мой день. Но вот если мне доводилось в чем-то провиниться… Это была маленькая смерть, каждый раз.

В какой-то момент, где-то через год, он стал применять порку через день, и моя задница превратилась в одну незаживающую рану.

Когда мне уже почти исполнилось двадцать, я сумела познакомиться с чудесным парнем, который был первым человеком, которого я смогла по-настоящему полюбить. Однажды мы уединились у него дома – несмотря на то, что вытворял со мной Влад, простой человеческой ласки и нежности мне все еще иногда хотелось.

Какими-то немыслимыми способами отчиму удалось меня выследить, и он ворвался в дом с каким-то огнестрельным оружием. У нас в самом разгаре было свидание. Парень был голым, и папаша просто прострелил пах моему другу.

Настя замолчала. Я видела, как она пыталась подавить судорожные всхлипы, но не заговаривала с ней.

– Потом… Он привел отца парня, который был в курсе наших отношений, и заставил его изнасиловать меня. И только потом разрешил отвезти моего друга в больницу… Больше я не видела того единственного человека, которого любила. Порой я думаю, что мне жаль, что я не погибла тогда, или в какой-то другой день до этого. Действительно жаль.