Остров наказания

Я встала возле постели, не зная, следует ли ему помочь раздеться или лечь на кровать в соблазнительную позу.

– Знаю, я у тебя первый клиент. – Усевшись на стул, он стал обстоятельно стягивать с себя носки, вешая их на спинку стула. – И думаю, что мы больше не увидимся.

Я молчала, но ему, кажется, было достаточно уже того, что я слушаю.

– Люблю быть первым. Стоите вы крайне мало, но еще не испорчены этим бизнесом. Никаких натянутых улыбок, ненатуральных стонов – я всего этого не люблю.

Он предстал предо мной в чем мать родила.

– Подними мне его, – он взял в руку свой член и поболтал им из стороны в сторону, – поживее.

Я встала на колени, чувствуя, что мои старые раны все еще делают мои движения скованными и осторожными, а затем, превозмогая брезгливость, взяла член в рот и лихорадочно размышляя о том, куда стоит деть руки. Наконец, одной рукой я схватила себя за грудь, а вторую шлепнула ему на ягодицу.

Кожаная лента

Я стала ласкать головку члена быстрее, чувствуя, как она норовит выскользнуть изо рта. Иногда приходилось плотно обхватывать член губами или даже осторожно ухватить зубами, чтобы не выронить его изо рта.

Мужчина довольно замычал, хотя его вялый орган наливался кровью настолько медленно, что я невольно усомнилась в своих способностях. Страх наказания заставлял подумать о том, останется ли клиент доволен, хотя, в глубине души, я мечтала, чтобы прямо сейчас его свалил с ног сердечный приступ и все это закончилось.

Член так и остался в позиции полуготовности, но мужчина, кажется, остался доволен результатом. Немного полюбовавшись на свой пенис (странно, что ему приносило удовольствие это удручающее зрелище), он велел лечь мне на край постели. Что ж, стыдно и неприятно, но, по крайней мере, пока я цела.

Я покорно выполнила приказ и широко раздвину перед ним ноги. Я делала это без особого энтузиазма, но угроза отправить меня на убой, что бы это не значило, казалась более реальной, чем тогда, когда ее озвучил Вор.

– Догадливая девчонка, – засмеялся он и приблизился к моей промежности настолько, что я почувствовала на своей промежности его дыхание. Он долго рассматривал меня, довольно небрежно оттягивал то одну, то вторую половую губу, иногда растягивая дырочку так, что становилось больно, а иногда крепко сводя их вместе.

Стояла полная тишина, было слышно лишь тяжелое сопение мужчины.