Пленница олигарха

Тебя это беспокоит?

– Куда вы меня везете? – спросила я, анализируя возможность выпрыгнуть из машины при первом удобном случае.

– Мы едем на кастинг, – повторил Степан, но в его голосе уже послышалось раздражение, – Я тебе все объяснил еще дома. В чем проблема?

– Я вам не верю, – сказала я, следя за дорогой и надеясь при первой же остановке машины пулей вылететь на улицу и побежать домой.

– Это твое право, – Степан пожал плечами, – Ты не напрягайся, детка, а лучше расслабься.

Я везу тебя в лучшую жизнь, о которой ты раньше и мечтать не могла, живя в своей халупе.

– Я хочу домой, – упрямо сказала я и попыталась открыть дверь, когда машина сбавила скорость.

– Эй, не суетись. – строго сказал мне Степан, – Двери заблокированы, а ты выйдешь, когда мы приедем на место.

Я в ужасе вжалась в кресло, не зная, что меня ждет в ближайшем будущем.

Попалась

Примерно минут через тридцать машина выехала за черту города, и я уже поняла, что ни в какое издательство мы не едем.

Моя судьба находилась в руках этого Степана, которого еще час назад считала приличным человеком, которого судьба «подарила» мне. Ох, никогда не любила подарки, особенно, если эти подарки мне дарили дружки матери.

Однажды, на одно из дней рождений, один из ее тогдашних хахалей подарил мне фаллоимитатор. И потом он долго и громко ржал, глядя на мое лицо, когда я развернула столь щедрый подарок.

До этого мне дарили нижнее белье, откровенные книги и журналы, словно воспринимали меня как приложение к моей матери легкого поведения.

В последние годы, когда я стала выглядеть довольно взрослой, а в сравнении с матерью, еще и очень привлекательной, мамины ухажеры иногда недвусмысленно намекали мне на близость. Но я всегда давала точный и неопровержимый отказ.

Обычно это был словесный отказ, который я оформляла красивой устной речью, доходчивой для тех, кто меня домогался, но пару разу пришлось применить физическую силу, воспользовавшись табуреткой или толстым томиком книжки.

А сейчас со мной происходило нечто непонятное. Куда меня везли и зачем, я могла только догадываться, и мне было очень страшно представить себе. Что меня ждет дальше. Сотовый телефон лежал у меня в сумочке, он молчал, и я была благодарна тому, что никто мне не звонил: это значит, что у меня есть шанс воспользоваться им потом. Но я не угадала.