Принуждение и боль

Запуганное создание, которое готово выполнить любой приказ, лишь бы не испытывать боль и остаться в живых.

Мужчина наклонился практически вплотную к стоящей на коленях девушке и смачно плюнул в лицо. Слюна попала на плотно закрытые губы, девушка сморщилась от отвращения.

– Рот открой! – гаркнул он.

Она открыла рот, еле сдерживая слезы отчаяния и отвращения. Ей было невыносимо мерзко от всего происходящего. Но изменить что-либо она была не в силах. Что-то заставляло ее подчиняться каждому его слову.

Стоило ей только подумать о том, чтобы не выполнить приказ этого человека, как в голове что-то будто замыкало и вызывало нечеловеческую боль и жуткий страх.

Мужчина еще раз харкнул ей в рот и с рыком вонзил стоящий член в ее открытый рот. Девушка поперхнулась и попыталась рефлекторно согнуться, но грубые мужские руки схватили ее за лицо, полностью лишив возможности двигаться.

Павел сразу же заметил разницу между первой подопытной и второй. Всего три дня и уже такой разрыв в исследованиях! Он отметил про себя, что Вяземский работает гораздо быстрее, чем Павел предполагал.

Девушка уже не выглядела как зомби, она явно пыталась сопротивляться, но при этом все равно выполняла его приказы. Эту крошку трахать было гораздо приятнее.

И он трахал ее рот, как в последний раз в жизни. Член входил глубоко в глотку, вызывая рвотные позывы и обильную слюну. Девушка давилась, из глаз ручьем текли слезы, и Павел смаковал каждую минуту ее мучений. Ему было по-настоящему хорошо.

Он наслаждался видом ее беспомощности и ловил истинный кайф от ее унижения.

Порой ему казалось, что придет момент, и эти игры наскучат ему, но каждый раз, насилуя и истязая очередную женскую особь, он понимал, что это его увлечение никогда не сможет надоесть. Оно является его движущей силой, дающий смысл жизни и стремление к власти.

Он резко прижал голову девушки к своему паху вгоняя член еще глубже. Затем на несколько секунд замер, выжидая и наслаждаясь.

Подопытная начала уже задыхаться, но он и не думал отпускать ее. Несколько секунд он ждал, когда у нее окончательно закончится запах воздуха и она начнет спазмалгировать. Именно этот самый яркий момент он и любил в горловом минете. Когда гортань начинает сжиматься в предсмертных судорогах, Павел ощущает истинное соединение со своей жертвой. Словно он раскрывает потенциал своей рабыни, помогает ей выполнить миссию, ради которой она была рождена на этот свет.