Учитель и ученица

Легко, играючи, дразня, может, даже с легкой издевкой. Почувствовав, что он вот-вот кончит, я взяла член так глубоко, как смогла, это стало для него финалом.

Быстро вытащив пульсирующий пенис, я направила его себе на грудь. Обильно кончив на меня, это странный джентльмен продолжил сидеть в этой же позе. Я услышала, как кто-то подошел к нему и сказал:

– Ты должен уйти.

Ответа не последовало. Я увидела лишь руки, которые спешно надевали штаны. Отвернувшись в сторону следующего претендента, я услышала быстрые шаги и звук закрывшейся двери.

Я вошла в раж. Поймав себя на мысли, что мне начала нравиться эта игра, я усмехнулась. Выбрать следующего я решила с помощью детской считалки. Быстро проговорив про себя незамысловатый стишок, я сама себе показала пальцем на сухого мужчину с тонкими изящными пальцами.

«Пианист, наверное», – подумала я про себя. Он неуверенно сидел на краю стула, сложив руки. Вероятно, ему еще не приходилось оказываться в подобной ситуации.

Оказавшись рядом с ним, я положила руку ему на внутреннюю поверхность бедра.

Он еле заметно вздрогнул. Я специально не стала делать больше никаких движений – мне стала интересна его реакция. Он сидел неподвижно, в той же позе, никак не проявляя интереса.

Прошла минута, или две. Поняв неловкость момента, я стала действовать.

Когда просыпается похоть

Расстегнув две пуговицы белой накрахмаленной рубашки, я провела пальцем по его животу, слегка царапая ногтем. Он втянул живот и зачем-то положил мне руки на плечи.

Я ожидала от него каких-то действий, но ощущала только полную неподвижность. Это меня начало утомлять.

– Помассируйте мне плечи, – сказала я повелевающим тоном.

Пианист подчинился, и стал робкими слабыми движениями тонких пальцев мять меня. Работа его рук была монотонна, лишена жизни и каких-либо проявлений человеческих чувств. Это было больше похоже на движение механизма.

– Я хочу, чтобы вы возбудили меня, – сказала я уже более мягким голосом.

Он не ожидал такого поворота событий.

Замешкавшись на несколько секунд, вероятно раздумывая, как меня возбудить, пианист положил руки на мои плечи. Легкими неуклюжими движениями он водил мне по спине, тщетно пытаясь отыскать там эрогенные зоны. Я поняла его абсолютную неопытность. Одна мысль не давала мне тогда покоя – как он оказался в этой компании? Но это было не мое дело. Все-равно мне бы никто этого не сказал. Да я бы и не стала спрашивать.

Я взяла его руку и положила себе на грудь.

– Ласкайте.