В руках насильников. Попробуй выжить!

А мужик начинает с яростью трахать меня в рот своим уже эрегированным членом.

Я давлюсь и хриплю, рвотные массы подступают к горлу. Но блевать мне, кажется, нечем. В желудке явно пусто и уже давно. Лишь слюна, сопли и слезы текут по моему лицу. Мне кажется, что он вот-вот сломает мне кадык своим монстром. Но спустя еще пару толчков, он вытаскивает член и еще раз ладонью ударяет мне по щеке.

– Хороша сосалка! – смеется он и треплет меня за лицо. Я вырываю голову из его цепких лап одним рывком головы и злобно смотрю ему в глаза.

– Нееет! – начинаю визжать я и дергать ногами, насколько мне это позволяют оковы.

– Да заткнись ты! – шипит мужик и с силой раздвигает мои ноги, так что где-то в районе бедер что-то начинает хрустеть.

Я ору от резкой боли, а насильник задирает остатки моей одежды, пару раз смачно плюет на руку, смазав свой член и со злостью входит в меня.

– Аааааа – визжу я. – Неееет!

– Отлично! Ты и вправду узкая! – улыбается извращенец.

У меня в лоне все настолько сухо, что я ощущаю, как мои органы внутри в прямом смысле, разрываются на части. А мужик только яростно долбит меня членом и стонет от удовольствия. Еще несколько движений и он с рыком кончает в меня. После чего, он всем весом наваливается на мое тонкое тело. В какой-то момент мне кажется, что просто задохнусь под этой тушей.

– Аааа, умница! Я еще зайду к тебе. – Шепчет мне на ухо мужик, потрепав за щеку, и выходит из комнаты.

Как только дверь за ним закрывается, я захожусь в рыданиях. Мне настолько противно и мерзко. Что это было? Это же настоящий ужас! В тот момент, когда он прикасался ко мне, я не хотела жить. Какого черта я делаю в этом подвале? Лучше бы меня убили, а не держали здесь, как цепную собаку. Мне сейчас хочется содрать с себя кожу, лишь бы согнать с себя все упоминания об этом поганом мужике.

Я лежу на полу, практически распятая, и не могу повернуться хотя бы на бок. Слезы уже бесшумно текут по щекам. Я не знаю, сколько прошло времени. Может пятнадцать минут, а может часа два.

Слышу шаги за дверью и вновь напрягаюсь. Господи, пожалуйста, кто бы там ни был, пусть он пройдет мимо! Но нет. Шаги приближаются к двери, и она с шумом открывается. На пороге стоят уже два здоровенных мужика. Один из них тот самый, что был моим насильником.