В темнице садиста

Привилегированная рабыня как Ванька-встанька тут же бежит куда-то в сторону огромного платяного шкафа и спустя мгновение уже вновь стоит около своего хозяина, протягивая ему на вытянутых руках пачку крупной соли.

– Шустро. – приподнимает он бровь в удивлении.

Павел берет пачку соли из рук Натальи, зубами раскрывает её и зачерпнув из неё пригоршню, отдает пачку обратно помощнице.

С маниакальным интересом в глазах, он приближается вплотную к Карине, которая практически висит на цепях. Она тяжело дышит, её руки уже побелели от недостатка крови, а тело, еще полчаса назад весьма привлекательное, сейчас больше похоже на фарш.

Павел еще раз окинув её презрительным взглядом, и не особо долго думая, начинает втирать соленые крупные кристаллы прямиком в кровоточащие раны. Волна оглушающего визга проносится по комнате, Карина не переставая кричит от жгучей боли. Если она и может выдержать многочисленные порезы, то эту пытку ей не удается выдержать. А Павел старательно продолжает загонять кристаллы соли в её раны, и он делает это медленно, наслаждаясь видом, криками и своими ощущениями.

– Не такая уж ты и терпеливая. – загадочно замечает мужчина. – Я говорил тебе, заорешь, то дилдо будет в тебе.

Мужчина с серьезным лицом направляется обратно к столику, ловко подхватывает огромный дилдо, смазку и возвращается к трясущейся и всхлипывающей девушке.

Без прелюдий и промедления, он обильно наливает в руку смазку, бесцеремонно смазывает промежность несчастной двумя пальцами жестко треплет вход во влагалище и с размаху засаживает игрушку.

Попадает прямо во влагалище, разрывая его на части и выворачивая внутренности наружу. На пол льется кровь вперемешку со смазкой. Мужчина еле успевает увернуться, чтобы не забрызгать одежду.

Девушка уже не сдерживается. Она орет так сильно, насколько ей хватает сил. Но вдруг визг резко прекращается. Видимо хозяину надоедает её слушать и он бьет свою жертву кулаком по виску.

– Приведи её в чувство! – тяжело дышит мужчина.

– Да, господин. – склоняется в поклоне Наталья и одним прыжком оказывается около Карины. Она водит под её носом ваткой с нашатырем, дожидается, когда та откроет глаза и отходит в сторону, снова приняв положение молчаливой статуи.

Карина еле дышит, её лицо – белее простыни, все тело сотрясает крупная дрожь.