Могила для двоих (сборник)

Нет, женщине, если только она не обладает специальной подготовкой, это не удалось бы.

– Я тоже так думаю, – согласился Гуров. – Ну, спасибо, Костя, что помог добыть улику. А теперь давайте все-таки вернемся в дом, в то я уже порядочно промок.

Они повернулись и направились к дому. В холле было пусто и тихо – видно, все сидели у себя по комнатам. Гуров заявил, что найденный тюбик он будет держать у себя.

– Кстати, про этот тюбик, – заметил криминалист. – Интересно, откуда у тебя в нужный момент взялся полиэтиленовый пакет? Ты что, заранее знал, что мы что-то найдем?

– Да нет, не знал, конечно, – ответил Лев.

 – Просто привычка. Я всегда, когда выхожу на поиски улик, беру с собой какую-то тару.

– Теперь, зная марку этой туши, мы легко сможем вычислить хозяйку, – сказал Кувшинов и тут же помрачнел.

Гуров понял, почему: почти все женщины в доме приходились ему родственницами.

– Нет, это может оказаться не так легко, – покачал он головой. – Если марка известная, раскрученная, то ею могут пользоваться несколько дам.

И опять же, это лишь косвенная улика. Тюбик могли и подбросить, чтобы вызвать подозрение против какой-то женщины. Как уже вызвали подозрение против Сергея Саенко.

– Так ты считаешь, что Саенко тут ни при чем? – спросил Кувшинов.

– Ну, совсем уверенным в этом быть нельзя, но мне кажется, что так. Послушай, Костя, у меня к тебе просьба…

– Да, говори.

– Тебе было бы удобней, чем другим, выяснить, кто из женщин пользуется такой же тушью, что мы нашли, – сказал Гуров.

 – Повторю: само по себе это еще ни о чем не говорит. Просто мне бы хотелось иметь такую информацию.

Кувшинов вновь помрачнел, но твердо произнес:

– Хорошо, я посмотрю. А пока пойду переоденусь, замерз я в этом костюме.

– Ну, что, Паша, пойдем прикладывать нашу находку к трупу? – повернулся Лев к Кривобокову.

– Да, пошли, – согласился криминалист, и они отправились в подвал.

Там Кривобоков начал примерять найденную улику к телу погибшего механика: сначала к голове, затем к руке и плечу.

Он долго этим занимался, что-то замерял, затем выпрямился и сделал свое заключение:

– Да, Борис Бабченко, несомненно, был убит этой монтировкой. Убийца держался вот за этот конец, а бил той стороной, которая загнута.

– Теперь скажи мне, хорошенько подумав: могла ли это сделать женщина? – спросил Гуров.

– Думаю, что нет, не могла. Если только не занималась специально тяжелой атлетикой или карате. И Сергей Саенко, кстати, тоже не мог.