Не отрекаются любя

Как ты нас нашла?

– Случайно, мама. Я приехала к Алёне с извинениями. Она у нас работала у меня няней месяц, а я её незаслуженно обидела.

– Вы мама Кристины? – Дмитрий Ильич присел напротив жены. – Алёна много рассказывала о девочке, когда закончила работу, а вот про обиду промолчала. Мы знакомы и с вашим пасынком. У вас это семейное людей обижать незаслуженно? Что произошло в вашем доме?

– Митя, не надо. Лена расскажет, если сочтёт нужным. Что нам делать с самой Алёной? Как она воспримет визит Елены? Она может и не догадываться, что Кузьмина Елена и Исаева одно лицо.

– Не будем забегать вперёд. Расскажи, как вы жили всё это время?

– Ты в общежитие не вернулась, а мы с отцом через две недели привезли Алёну домой, оформив опеку. Потом усыновили, – тихо говорила Нина Васильевна, вспоминая обо всём, что было за двадцать лет. – Девочка она у нас добрая, воспитанная, умная. Она не умеет подстраиваться, льстить, лгать, но при этом у неё много друзей и подруг. Многое знает, многое умеет. А характер у неё отчасти твой.

 – Мать тяжело вздохнула. – Это я могу всё забыть и простить, а она, боюсь, не забудет и не простит. Тебе придётся либо очень постараться, либо оставить попытки воссоединения.

– Мам, ты прости меня за всё. Я очень виновата перед вами и хочу хоть что-то исправить. Знаешь, я была уверена, что девочку ты не бросишь. Думала, окончу институт, получу диплом, сделаю карьеру, приеду и покаюсь. Пока собралась, кого уже не стало, а вы уехали. Папа погиб от несчастного случая?

– Да.

Но за два года до этого он оставил нас и ушёл к другой женщине. Это бабушка надоумила меня переехать сюда. Там квартиру продали, а эту купили. Мы с Дмитрием Ильичём брак зарегистрировали в феврале 2003 года. Нас Алёнка и сосватала. Митя, поставь чайник. Разговор может легче пойдёт. Знаешь, я не раз хотела тебя разыскать. Отец останавливал, говорил, что оснований для поиска нет. Я тайком от него в общежитие тебе звонила месяца через три. Голос твой услышала, трубку положила. Я рада, что ты жива и здорова.

– Я после института замуж вышла и домой приезжала с мужем. Правды не сказала, а свой бойкот объяснила рождением младшей сестры в то время, когда мне исполнилось восемнадцать. Через три года мы развелись. Второй раз вышла замуж в девяносто восьмом. Родила дочку в двухтысячном. Женя вообще ничего не знал о моих родственниках. Теперь уже и не узнает. Это Бог меня наказывает за мой грех. Осталась я с бизнесом, домом и дочкой шести лет. Ну и пасынок есть.