Мой личный Апокалипсис

Недорогая гостиница в марокканском стиле представляла собой старый, трехэтажный глинобитный дом с колодцем посередине и деревянными галереями по его периметру. Потолка не было, лишь натянута прозрачная материя в виде полога. А в номере никакого тебе окна, только проем со ставнями, выходящий на галерею колодца.

Об латунный умывальник звонко ударялись струи воды. Казалось, сюрпризов больше не будет. Но на мне горячая вода закончилась, и Валерка принимал холодный душ. Спать улеглись практически одетыми – редкостный дубор.

Утром второго дня мы проснулись от пения птиц. Здорово, что тут нет крыши! Я вспомнила, как в детстве обожала спать в огороде, возле грядки с помидорами, в беседке, увитой плющом… Говорят, классно ночевать в Сахаре под открытым небом: невообразимая тишина и спустившиеся к твоему лицу, как на невидимых нитях, яркие звезды.

На завтрак, сервированный в комнате с приглушенным светом и восточной атрибутикой в терракотово-красной гамме, подавали свежевыжатый апельсиновый сок, марокканские квадратные блины, круассаны, хлеб, масло, два вида мармелада, кофе и чай.

– Куда сегодня двинемся?

– Пойдем на рынок, я хочу купить джеллабу, – удивил меня Валера. – Весной буду по Москве ходить. Сын, конечно, скажет, что я свихнулся, но мне по душе неординарное облачение.

– Тебе пойдет! Правда, если капюшон накинешь, будешь на представителя «Куклукс-клана» похож…

– Может, это и хорошо? – вздернул жиденькую бровь Валера.

На рынке мы дерзко торговались. Валера владел всеми приемами, чтобы сбить цену. Кисло глядя на джеллабу, он отворачивался, бросая взор в сторону другой лавки. Продавца потряхивало.

– Понимаешь, тут такой закон: если ты не торгуешься, ты обижаешь продавца. Скучно же – узнал цену, оплатил и ушел. А так он вернется домой и будет рассказывать домашним в красках, как с тобой боролся. И ввернул-таки тебе залежалый товар! – делился со мной секретами Валера, примеряя очередное одеяние.

Он скостил от изначальной цены шестьдесят евро и купил лучшую, из прекрасной шерсти, антрацитового цвета джеллабу. Рубль за сто, что на него вся Москва будет оборачиваться. Я воздержалась. Заядлому фотографу Валере нужно было успеть снять несколько сюжетов и обязательно башню мечети Кутубия на фоне заката.

На площади Джемма Эль-Фна уже разгружали складывающиеся столы и лавки, сооружая рестораны.