Счастье по обмену

 – Этот магистр, целитель, доктор, словом этот чудик, указал на ту самую огромную даму. Но смотрел он на нее по-отечески добро, как и на меня. Стало, как-то теплее на душе. – Она из моего мира. Она на четверть эльфийка, сирена, человек и демоница. Помнишь мы удивились твоим слезам? Сирены, даже на четверть, не плачут, их слезы сильнейшее любовное зелье и огромная редкость. Но я не о том хотел сказать. Она тоже умерла, ошибка одного студента нашей академии привела к этому несчастному случаю. И хотя раны были не смертельны, ее душа тоже не пожелала вернуться, как и твоя.

Вы умерли в одночасье и магически совместимы. А главное, ваши души одинаковы как зеркальное отражение. Вы одинаково несчастны, подобны в стремлениях и переживаниях. ЕЕ душа отозвалась на зов, по той же причине, что и твоя, но в свой мир вернуться не может. У вас есть выбор. Вернуться в царство Темного – мир мертвых. Или жить, но в других мирах, других телах. Я могу помочь вам, облегчить жизнь объединив память прожитых лет. Вы обе будите помнить, знать и уметь все то, что каждая из вас до момента, когда душа покинула тело. Но на новую жизнь вы должны согласиться сами и обе. У вас не больше получаса, подумайте, познакомьтесь, обсудите.

И этот чудик растворился.

– Привет. – Не уверенно с нервным смешком я проявила вежливость и обратилась к еще одному моему глюку. – Я Лика.

– А я Хильда. Ты не девственна, и ты такая красивая, тебя, наверное, очень любят. – Она говорила не обвиняя и не осуждая, без обид и зависти, скорее с долей восхищения.

Потом глубоко и очень печально вздохнула. – А на меня никто и никогда не смотрел с вожделением. Со страхом, с уважением, но не с желанием. Разве что только с желанием стать зятем моим родителям. Все, кто сватались покоряли сердца родителей, некоторые даже как меня зовут не знали… Мать глава шабаша ведьм, и самая сильная ведьма нашего королевства, отец замминистра магии. Богаты, известны, перспективны. Знаешь, ректор академии магии первый, кто не боялся моего дара и наплевал на моих родителей. Он никогда не притворялся со мной и был честен. Он с порога сказал, что я друг и коллега. Что четверо детей ему больше чем достаточно и жены ему не нужны. А в любовницы я не гожусь, причем не столько из очевидных причин – она обвила свои размеры – по началу я была другой, сколько из-за рабочих отношений. Ректор противник служебных романов. А он такой несчастный, его бывшие жены бросают не только его, но и его детей ему.