Лгунья для миллиардера

Или сколько там стоят эти «игрушки» богатеньких мажоров?

Фух, получилось. Ставлю велосипед на колёса, закидываю чемодан в специально для него установленную корзину и ставлю ногу на педаль. Вставляю в уши наушники и включаю любимую музыку. Нужно немного отвлечься.

Неожиданно меня пронзает острое чувство опасности, и я замираю. Даже сквозь громкую музыку в наушниках слышен гудок клаксона и резкий визг тормозов. Я успеваю только обернуться, чтобы увидеть надвигающийся на меня огромный чёрный внедорожник и бледное лицо водителя за лобовым стеклом.

2

Думаю, всё длится не больше секунды, но мне почему-то кажется, что мы целую вечность смотрим друг другу в глаза.

От резкого движения наушники выпали, и теперь я слышу, как отчаянно визжат шины, стараясь затормозить и не размазать меня по бетонному покрытию паркинга.

Ему почти хватило места. Точнее не хватило самую малость, каких-то нескольких сантиметров.

Удар был совсем не сильным.

Даже не удар, а толчок. Но он приходится ровнёхонько на заднее колесо велосипеда, на котором я сижу. В то время как одна моя нога стоит на полу, и я не успеваю её поднять.

Велик от толчка катится вперёд. Нога по инерции движется назад по бетонному покрытию. А руль уверенно уходит в сторону от всего этого безобразия. Я пытаюсь удержаться, но, нелепо взмахнув руками, лечу вперёд. Жаль, но, похоже, что я не рождена летать…

О господи! Как же больно!

Чувствую, как меня хватают сильные руки и вздёргивают вверх.

Рефлекторно хватаюсь за что-то и стискиваю пальцы, даже не глядя, во что вцепилась.

Он разгибает мои пальцы, и я понимаю, что выбранная мной опора – его тёмно-серый пиджак. Это за него я цеплялась, чтобы устоять на ногах.

Смотрю на мужские руки – ладони широкие, пальцы аристократически длинные, с чуть шершавыми подушечками, как будто их обладатель занимается каким-то физическим трудом.

Но при этом ухоженные, холёные, ногти сияют как терем Деда Мороза. Значит, не работа, а, скорее, хобби придало его ладоням такую притягательную шершавость.

– Отпусти! – приказывает он, но я словно во сне – могу только смотреть, но не двигаться.

Поднимаю взгляд выше. Под пиджаком – белоснежная рубашка. Две верхние пуговицы расстёгнуты. В проёме ворота виднеется загорелая шея, к которой хочется прикоснуться губами.