Родной. Чужой. Любимый

– А где папа? – на всякий случай я ещё раз обвела глазами просторное помещение, разделённое на две зоны длинным овальным стол, накрытым сейчас на три персоны; семь стульев, которые не уносили, несмотря на то, что мы с Тёмкой уехали на учёбу, а ба с дедом приходили на ужин не так и часто; мятные обои, которые назывались моющимися, что Гришка не преминул проверить, и оказалось, что отмывается с них далеко не всё; зелёные занавески с ромашками, собранными в причудливый орнамент.

Саша тоже любила этот дом.

Её любовь дышала в каждой детали, создавая атмосферу уюта и тепла.

Она редко меняла обстановку, как и я, привыкая к вещам.

Кроме супермодной, современной кухонной техники.

В последние годы Саша увлеклась своим детищем – кулинарным блогом, где готовила в режиме онлайн, комментировала процесс, а ещё фотографировала, продавая затем снимки в кулинарные журналы.

Число подписчиков блога приближалось к миллиону, что и неудивительно, ведь рассказывала Саша весьма интересно, даже я смотрела несколько выпусков, хотя сама к готовке была равнодушна.

Или, скорее, к еде.

– Папа уехал встречать Татьяну Викторовну и Кирилла, они решили прилететь более ранним рейсом, – в Сашином голосе сквозило неодобрение.

Она всегда называла свекровь по имени-отчеству, и лицо в такие моменты у неё становилось отчуждённое и немного печальное. Не знаю, что произошло у них с бабушкой в далёком прошлом, но друг друга они сильно недолюбливали.

Впрочем, учитывая, как просто бабушка вычеркнула меня, свою внучку, из жизни и родственного круга, я сто процентов буду на стороне Саши.

Папина мама – очень жёсткая, непримиримая и не признающая своих ошибок.

В общем, ещё та стерва.

– А где Гриша? – Саша бросила взгляд на лестницу, но на ней никого не было.

– Сказал, что сейчас придёт, – я пожала плечами.

Это папин жест, он всегда делал так, когда не был уверен, как кто-то поведёт себя в той или иной ситуации.

Почему-то сейчас, после долгой разлуки я особенно хорошо подмечала, как много наша семья копирует друг у друга.

Причём совершенно неосознанно. Думаю, это тоже подчёркивает нашу общность, наше родство, нашу любовь друг к другу.

Я потянулась к фарфоровой супнице, взяла половник и налила себе в тарелку окрошки. Саша любила красивую посуду и красивую сервировку стола. Она приучила нас класть на колени тканые салфетки, есть ножом и вилкой и пользоваться столовым сервизом, даже если это был обычный обед, на который мы не ждали гостей.