Опасные игры с тенями. Том 0. Пустота наступает

Интересно, это растения из местного леса или специально выведенные? Почему они живут в кружках, когда логичнее было бы сделать из них светящиеся грядки? Столько вопросов. И некогда размышлять. Ами ещё раз осмотрела кружки и выбрала грибы.

«Простите, друзья. Клянусь, до утра я верну вас обратно.»

Вынужденная нарушительница сняла выбранную кружку с ветки рогатины, спрятала под драпировку и отправилась обратно в дом.

«Так?то лучше.»

Она повесила светильник на первый найденный на стене крючок. Теперь можно всё рассмотреть.

Итак. Кто хулиганит и шлёпается об пол?

Материны карты. Ами со вздохом собрала кусочки. Помялись. Но им уже не страшно. После того, что с ними произошло, им уже вообще нечего бояться. Разорванные карты и эонно потерянная Ами. Два неугодных материных детища.

Ами опустилась на свободную от вещей половину ещё не застеленного, кстати, лежака и положила кусочки их на колени, аккуратно расправляя.

…Нежелательные воспоминания о прошлой жизни. Такие неровные края и такие маленькие фрагменты.

Можно ли их объединить?

Всё было еле видно тогда. В сарае было темновато, смотреть и читать можно было только у приоткрытой двери или щели в окне. Иначе мать заметила бы и опять задала ей трёпку… Уговорить вынести из заключения удалось только пару словарей. При условии, что они не попадутся матери на глаза и не покинут аминой комнаты.

Ами уже не помнит, как выглядела изначально материна карта.

… Как и не знает, какой была её мать до того, как осела в Кантине. То угрюмое существо, которое она знала, было не способно создать что?то подобное.

Даже помыслить о том, что нужно куда?то отправиться создавать что?то подобное. Она практически не выходила из дома, шарахаясь от малейшей тени, сквозняка, шума. И только по косвенным признакам можно было заключить, что заметки принадлежали ей или имели для неё ценность. Эти вспышки агрессии не могли врать.

…Зато сама она могла. И ещё как. Есть вероятность, что Ами сделала поспешные выводы на основе того, что имена матери и картографы – бродяжки совпадали.

Может, самозванка, которую она знала, никогда и не была Иветт Беспокойной, а только выдавала себя за неё… Это бы многое объясняло.

Ами выбрала среди фрагментов что?то знакомое и положила поверх остальных. Жаль, сама она Материк изучила, мягко говоря, не весь. Но хоть больше, чем только Кантин. Кстати, вот он. Она положила его в центре лежака.

С той стороны будет Прайм. На горе. Праймский маяк?ориентир для путников.