Поросенок с лисьим хвостом

Волшебное слово подействовало на Светлану Евгеньевну так же, как и на Николая с Серегой. Змееподобный гражданин отвесил шутливый поклон.

Следующим он навестил конспиролога Кукушкина.

– Ку-ку, роднулька! – поприветствовал змееподобный конспиролога.– Мы ведь с тобой знаем, правду?

– Какую? – осторожно поинтересовался Кукушкин.

– Нам меняют ДНК, – страшным шепотом возвестил змееподобный. – А потом они будут селить в ваши тела свое потомство.

– Я защищен, – конспиролог надвинул на глаза шапочку из фольги.

– Это иллюзии, дружок. Ты вирус видишь? Нет. А он есть. И уже в тебе. Процесс пошел.

Кукушкин почувствовал дурноту и дискомфорт в животе.

– Что же делать?

– Греча, – авторитетно заявил змееподобный.

И отправился дальше. Квартира за квартирой.

Он напугал либертарианца Ивана закручиванием и без того уже завернутыми по самое это самое гаек, завариванием дверей в подъездах и крепостным правом. Озабоченную духовным ростом красавицу Марину колесом сансары, в которое известно кто вставил палку и не одну.

Антонине Павловне, матери троих детей, примерной жене и ответственному работнику гадкий гражданин нашептал гнусностей о супруге ее, Алексее Петровиче, которому карантин, словно манна небесная. Иначе с чего бы он так долго занимает отхожее место? С кем он так увлеченно переписывается в телефоне? Уж нет ли соперницы здесь?

Скоро все обитатели дома номер четыре хрустели гречей, словно заколдованные. Все, кроме алкоголика Пыжикова. Он пребывал в такой глубокой самоизоляции, что до него было не достучаться.

Дождавшись, пока гадкий гражданин покинет дом номер четыре, из-под продавленного дивана алкоголика Пыжикова вылез котик Тимошенька. Он посмотрел вокруг, покачал печально мохнатой умной головой и отправился исправлять содеянное змееподобным. Котик неслышно, на мягких лапках подходил к закидывающим в утробу гречу людям и мурлыкал им на ухо. Это действовало на них умиротворяющее, и страшные картины, вызванные в воспаленном, уставшем от неизвестности и карантина мозгу, отступали.

Красавице Марине котик даже разрешил себя погладить. Выполнив спасательную миссию, Тимошенька скромно удалился обратно под диван алкоголика Пыжикова. Котик не алкал славы. Он знал, что должен набраться сил. Ведь змееподобный снова придет. Он каждый вечер приходит.

Шел …дцатый день карантина…

3.

– Так будем же бдительны и не дадим себя обмануть.

Иван Петрович немного подумал и добавил для убедительности восклицательный знак.