Свалка историй

С версией Ефима он тоже согласен не был. Воображение рисовало ему кровавого маньяка-извращенца, серийного убийцу, похитителя или просто волчью яму. Требовалось срочно организовать поиски.

Связавшись через бабку Федору с портретом главы деревенской администрации, Вениамин получил четкие инструкции.

– Тихо будь, – велел портрет, – успеется поиски. Уж больно показатели твои хороши, нахрена портить, народ полошить?

– Но ведь человек пропал! – возмутился участковый.– Вы не можете…

– Чо? – портрет неприятно осклабился, обнажая тусклые зубы, -Ты мне, указывать собрался, чо я могу, а чо нет? Охуел, Серенький? Место свое позабыл, скотинка? Ты козлик, не волк.

Понял?

– Понял, – тоненько проблеял Вениамин и отправился прямиком на поиски.

Может, в глазах портрета он и был козликом, но в упрямстве мог состязаться со стадом баранов.

Лес встретил участкового седеющей прохладой сумерек, сырым запахом грибницы и соловьиными трелями. В таком лесу хотелось гулять с девушкой, читать стихи и мечтать о счастье, а не маньяков ловить.

Под кустом орешника зоркий глаз Вениамина приметил предмет, очертаниями напоминающий человеческую голову в каске. Серенький, обмирая от ужаса, направил на него нервный луч карманного фонарика.

***

В детстве Вики частенько приходилось слышать в свой адрес фразу: «Не нравится? Съеби отсюда!», хотя он вообще не возражал. Даже голоса не подавал.

– Я бы рад, – грустно думал Вики.– Только некуда.

И делал громче транс в своей голове.

Став старше Вики понял, чем раздражал окружающих. Он, можно сказать, жил на съебах.

***

При свете фонарика все оказалось не так уж и страшно. Обычная плетеная корзинка, с которой ходят за ягодами и грибами деревенские девушки. Тем не менее, она являлась уликой. Пока единственной, но ведь куст старый, раскидистый. Под ним запросто можно спрятать труп. А то и парочку.

Участковый засучил рукава кителя и полез выяснять. Поковырявшись в кусте около получаса, он лишь исцарапал лицо и руки, но никаких следов больше не нашел.

Вениамин решил передохнуть, прежде чем двигаться дальше.

И вдруг она выросла прямо перед ним. Живая, невредимая, в белом платье и цветами в распутных волосах.

– Наташа? – Вениамин не верил своим глазам, – Это ты?

Девушка огляделась, будто искала чего-то, потом с радостным возгласом всплеснула руками и наклонилась к Серенькому. Тот охнул, закатил глаза и помутнел сознанием.