Свалка историй

– Ох, темнишь, Петрищев! – думал он, – Не похож ты на алкаша, хоть тресни! Но я все выясню, и тебе помогу. Даже, если не хочешь.

Психологические тренинги и лекции для руководителей, которые начальник посещал регулярно, добавляли ему уверенности в себе и рвения.

– Слуга царю, отец солдатам, – подмигивал он в зеркало. Царем он мнил себя, а солдатами, соответственно, немногочисленных подчиненных. Таких, как Петрищев.

***

В каждой жизни каждого наступает тот самый неловкий момент, когда Вселенная становится бесконечной.

И в ней есть все, что только возможно себе представить. Любая, самая дурацкая ерундистика. Вроде свалки историй. На нее и отправлялся скромный сантехник Василий Петрищев в те дни, когда врал про запой. Не ради праздного любопытства, разумеется, а по вызову. Началось это на первом году его работы в ЖКХ. Петрищев отдыхал дома после изнуряющей схватки с канализационной трубой, и вдруг раздался звонок. Пронзительная трель его зазвучала прямо в голове у Василия. От неожиданности тот подпрыгнул и завопил: Алло!

А мог бы сменить угол зрения.

***

– Хуем по лбу не дало? – учтиво осведомились в ответ. Сантехник в ужасе схватился за голову.

– Прошу прощения за глупую шутку, не мог удержаться. Я, видите ли, раньше работал в прачечной, а до того в министерстве культуры…

– Ааааа!!!! – что есть сил завопил Петрищев, -голоса в голове! Голоса!!!!

– Не голоса, а голос, – поправил Василия невидимый собеседник. – Успокойтесь, нам нужна ваша помощь.

Как профессионала и специалиста. Расслабьтесь, будет немного щекотно.

Василий хотел возразить, что его профессиональная деятельность осуществляется через начальника ЖКХ или по записи у секретаря, но слова застряли у него в горле. А потом он почувствовал… Представьте, что вы за один миг рассыпались мелким песком по ветру и тут же собрались заново. Вот примерно это сантехник и ощутил. И еще было щекотно до икоты. Перестав икать, Петрищев обнаружил, что квартира его тоже осыпалась, но собралась во что-то совсем уж невообразимое.

Там, где положено находиться потолку, зиял звездами космос, а вокруг, куда хватало глаз, громоздились кучи. Вид они имели инфернальный и стремились в бесконечность. Между этими кучами катались туда-сюда огромные колобки.

Петрищев, разинув рот, наблюдал, как один из колобков остановился напротив кучи, будто примериваясь, прикидывая, как оно, затем разделился на две половины, словно арбуз.