Его адептка. Светлая для Темного

А здешние же коты натворили дел…»

Мой взгляд непроизвольно метнулся туда, где лежали тела эльфов. По обрывкам разговоров я уже знала, что в лагере давно царила смерть, а гибель эльфов скрывалась их предводителем.

– Нэйрэль, два шага вперед! Я требую объяснений. – Раер приблизился к перерожденным.

Паладины Света уже хотели выстроиться за его спиной, но на их пути встал лорд Вэриан.

– Спокойнее, остроухие. Ваш Владыка давно вырос из пеленок и способен сам за себя постоять.

Эльфийские воины смерили демона злыми взглядами, но промолчали.

– Раер, вижу, венец нашего отца пришелся тебе по нраву.

Нэйрэль Тараэль, первенец Владыки Араэна и его бывший наследник, выступил из толпы и покачнулся. Он выглядел намного хуже, чем другие. Бескровные губы были едва заметны на посеревшем лице, вокруг глаз залегли глубокие тени – в сочетании с сероватыми татуировками, которые проступили на висках и спускались по скулам к шее, смотрелось жутко.

Ранен? Истощен? Болен?

«Ставлю, что он бухой…» – мрачно буркнул Эдриан.

– Я принял арбовый венец не по своей воле, и ты это знаешь, брат. Ты тоже сделал свой выбор, и я отнесся к нему с уважением.

– Ты бросил нас умирать! Эта земля бесплодна! Птицы и звери оставили лес, рыба в реке перевелась! Мы голодали!

Значит, я не ошиблась, Вечнозеленый лес был заражен Тьмой.

«Не ошиблась, малышка. – Эдриан печально вздохнул. – Беженцы из Ильноора загадили его своей магией. Поэтому Льен и вызвал братьев Ревейн…»

Я старалась не выпускать черных магов из виду, после прибытия они сначала помогли собрать тела, а теперь медленно бродили по лагерю, и там, где они проходили, воздух заметно светлел, очищаясь от темной дымки.

– Мои дозорные оставляли для вас корзины с припасами, но вы сжигали их на границе. Вы сами отказались от помощи!

– Нам не нужны подачки!

От горечи и безысходности в голосе того, кто был рожден, чтобы править, у меня защемило сердце.

– Тогда что вам нужно? Ответь, Нэйрэль! Что нужно сделать, чтобы ты перестал вести себя как упрямый осел и подумал о тех, кто в тебя поверил?! Когда ты вспомнишь то, чему тебя учили, и начнешь заботиться о своем народе?

– Тьма убивает нас. Мы все обречены…

«М-да… Налицо тяжелый случай кретинизма. И это не лечится…» – Эдриан не испытывал ни капли сочувствия.