Попаданка я и моя драконья судьба

Казалось бы, ничего сложного. Нэду надо было лишь попытаться его почувствовать именно как источник энергии для плетения заклинания. И тут мы уперлись в глухую стену. Нэд видел, но не чувствовал. Надо отдать мальчику должное, он старался изо всех сил, раз за разом опускал со мной ладони в серебристый поток и пытался вызвать в себе хоть какой-то отклик, но все безрезультатно. Когда Нэда уже начало пошатывать от усталости, Садар предложил разойтись по домам и попробовать еще раз следующей ночью.

– Шандора не будет в Гардоноре как минимум три дня.

Мы должны использовать это время…

– Потому что неизвестно, как отреагирует дракон-лунофоб, когда раскроет нашу тайну.

– Отчего же. – Садар свел пальцы в замок и крепко сжал руки. – Его реакцию спрогнозировать несложно. Шандор сын своего отца. Нет ничего более постоянного в Авендоре, чем вражда огненных и серебряных драконов.

Эм! Надеюсь, это не намек на то, что меня попросту придушат?!

– Вот только не надо смотреть на меня с такой жалостью!

Да, Шандор будет в бешенстве.

Да и может ли быть иначе, если его с детства приучили считать Алуну чуть ли не главным врагом всех драконов? Шандор верил, что ее белоснежные алтари несли смерть. И все-таки Садар ошибался. Кое-что изменилось. К примеру, Шандор знал, что Рэдар погиб не из-за алтаря Алуны.

* * *

– Совсем себя не жалеешь. Умоталась, умагичилась, и это когда-с мы еще и в подвал не забурились! – ворчал Светик, пока я плотно перекусывала на сон грядущий.

Я размеренно кивала, поддакивая его причитаниям, все-таки когда тебя жалеют – это очень приятно, а потом услышала про подвал.

– Мягкая постелька – единственное место, в которое я могу забуриться. Светик, опомнись! Какой подвал? Меня вырубит еще в процессе плетения заклинания!

– А помощь духов на шо? – Дракончик хитро прищурил наглые глазки.

– А-а-а… Ты об этих. – Я мазнула вялым взглядом по разноцветным огонькам, роящимся под потолком.

Изменив форму, духи стихий не оставили старые привычки, и теперь бывшая золотая рыбка мутузила в углу оранжевый огонек, оставшийся от саламандры.

Старательно так мутузила, аж искры во все стороны летели. И что могут не поделить две шарообразные сущности? И вообще, какой от них прок? Раньше духи стихий хотя бы обо мне заботились, в доме прибирались, кушать готовили, а теперь…

– А-а-а!!! – заорала я уже в голос, потому что огоньки вдруг рванули ко мне.

А дальше был удар в грудь, перешедший в электрический разряд.