Зови меня Волком

Она рассказывала про свою родину: маленькое, но гордое княжество. Оно настолько мало, что его, порой, и вовсе нет. А потом родится доблестный князь, и снова поднимет непокорную голову над горами княжество Вольных Сивых Земель. Но всё беднее становились земли Сивые, меньше витязей рождала заснеженная земля. Вздумалось тогда князю Гратскому себе прибрать Сивые земли, пошёл он войной в горы. И вот, на подступах к городу вышла встречать войско тонкая, хрупкая красавица – последняя сивая княжна. То была мать моя, ещё совсем юная, но по-княжески храбрая.

Так она полюбилась княжичу Гратскому, что взял он её в жёны. Не стал Ярош Гратский воевать с сиваками. А ведь была она уже просватана за витязя сивого, храброго да красивого, но не выстоял бы гордый Сивый народ против Великого войска Граты. Пришлось забыть матери и любовь, и волю. Я всегда знала, что не принадлежу себе, и должна буду идти туда, куда княжеству будет надобно, но сердце своё не продам.

Волк смотрел в её грустные глаза и не мог налюбоваться печальной красотой.

– Что ты так смотришь? – по-детски смутилась Брониимира.

– Безумно хочу тебя поцеловать, – признался он.

– Что мешает? – княгиня шутливо склонила на бок голову.

– Я не могу дышать носом, – засмеялся Волк, обнимая свою маленькую, но смелую княгиню.

37

На утро Брониимира велела Белораду перевести двух отличившихся на ночной страже дружинников в княжескую, личную охрану. Трифон радостно оглядел клетушку с широкой скамьёй во всю стену:

– Отлично! Значит, здесь и будем теперь жить? Видел бы ты кислые рожи Арона с Колываном! Они на это место давно метят, а ещё даже до Красной дружины не доросли, – засмеялся мальчишка, закидывая в сундук свой узелок.

 – Жаль только, что теперь с тобой в разные смены всегда.

– Угу, – кивнул Волк, затягивая красный кафтан поверх безрукавки.

– Эх! Зато, пожалте, никаких тебе жеребьёвок, жратвы в общей обеденной и дежурства на стене. Стой в тепле, дверь в покои княжеские сторожи. Ещё позади трона стоять, и все важные дела первым узнавать! – казалось, мальчишку сейчас разорвёт от радости, – Жаль только, рассказать некому будет.

За это сразу на кол садят. Ты знал? Теперь вот знать будешь. Не любят князья, когда охрана языком много трепет. А ежели княгиня куда соберётся, то и мы с ней поедем. Так и Мир поглядим… Вот жизнь-то! Видал бы батя младшего сына своего, тут же от гордости-то и помер! Хм… хорошо, что уже помер, хоть я ни при чём.

Влаксан внимательно поглядел на Трифона.