Тайная жена, или Право новогодней ночи

Но во время разговора с Хеймдаром я поняла простую истину: бог ждал, что лорд Шторм погибнет в неравном бою. Короче, трижды тьфу на такого бога!

Кусок добытого когтя отправился в банку для ингредиентов. Залив драконью рану универсальным целебным снадобьем, услышала тихий вздох:

– Не поможет.

– Тогда умирай молча и не нервируй.

– Слушай, мелюзга, то, что я умираю, не помешает мне напоследок откусить тебе голову, – как-то вяло, без огонька пригрозил дракон.

Да, с огнем у него был максимальный непорядок.

И это нужно было срочно исправлять. Огненный камень я вытаскивала из сумки максимально осторожно. Со стороны смотрелось, как если бы я вытащила огромный арбуз из клатча. Вот только мой «арбузик» пылал ярче раскаленного уголька. Дракон от такого фокуса аж голову приподнял и обеспокоенно поинтересовался:

– Что ты собираешься делать с этой штукой?

– Сейчас узнаешь, – несколько зловеще пообещала я.

А все потому, что нечего было забывать перчатки на рабочем столе. Сейчас бы руки не обжигала.

Приблизившись к дракону, я протянула ему камень и приказала:

– Открывай рот.

– Сдурела, мелкая?!

– Конечно, сдурела. Нормальная гномка не стала бы спасать залетного дракона, мечтающего отжать у нее семейную реликвию.

Дракон помолчал, посопел и выдал:

– Серьезно спасти хочешь?

Руки уже не просто пекло, казалось, на ладонях будут ожоги, глаза слезились от боли, а эта рожа умирающая еще и умничала.

– Да! Мечтаю! Вот уже заранее тебя оплакиваю. Быстро открыл рот, или я этот камень прямо под тебя суну! Не вылечу, так погребальный костер разожгу! Ай!.

.

Я дернулась, когда дракон вдруг щелкнул зубами и слопал камень из моих рук. Я потеряла равновесие и упала в снег. Прикосновение ледяного холода к израненным рукам отозвалось жгучей болью. Вот же ж умудрилась! И это я, которая ни малейшего ожога даже при выплавке металла не получала.

Шевельнув пальцами, зачерпнула горсть снега, охлаждая обожженные руки. Рядом стонал от боли раненый дракон.

Огонь всегда стремится к огню, как любая родственная стихия к родному источнику.

Я представляла, что ждет грозокрылого. Если кратко, то ничего приятного. Ему придется принять донорский огонь и превратить в свой, разжигая угасшую магию…

– Чего расселась? – Недовольный звонкий голос обозначил, что паршиво моя интуиция в новогоднюю ночь работает.

Искрелла все-таки объявилась. Она возвышалась надо мной и смотрела с таким укором, словно я в самом деле в чем-то оплошала.