Франческа

– Спасибо, Чарли, – проговорила она. – Я так рада, что ты здесь.

И тут она разрыдалась.

Франческа

Когда мама вышла из моей комнаты, я направилась в холл второго этажа и позвонила в Маюрен. Трубку взял кто-то из младших девочек. Прошло немало времени, прежде чем к телефону подошла Сесилия.

– Франческа?

– Да.

– Ты в Гудхаммаре?

– Да.

Повисла пауза.

– Ты чего-то хотела? – спросила наконец Сесилия.

– Как контрольная?

– Какая контрольная?

– Национальная, по английскому.

Сесилия не ответила. На заднем фоне слышались разговоры и смех.

– Зачем ты врешь? – спросила я.

– Я просто не хотела, чтобы ты снова начала на меня орать.

– Что странного в том, что меня бесит, когда моя сестра встречается с убийцей?

– Я больше не хочу говорить об этом.

– Сесилия, – сказала я. – Я уверена, что они что-то сделали с Полем – Хенрик, Эрик и …

– Не знаю, с чего ты это взяла, – ответила Сесилия. – Он сам это сделал, Франческа. Он был в расстроенных чувствах.

Все, кроме тебя, это давно поняли.

Я положила трубку.

Мама решила, что будет спать на диване в моей комнате. Я заверила ее, что в этом нет необходимости, что после недели в больнице, когда в мою палату постоянно кто-то заходил, мне особенно важно побыть одной. Но мама настаивала. Учитывая ситуацию, она не хотела идти на неоправданный риск. Она будет спать на диване, а если мне это мешает, то пусть я сделаю вид, что ее нет – она будет спать тихо, как мышка.

Я ответила, что если она и может представить себе, что человека нет, когда он есть, то я на такое не способна. Кроме того, мне еще труднее засыпать, когда я не одна.

– С каких пор у тебя начались проблемы с засыпанием? – спросила мама.

– Все началось в Адамсберге, – ответила я. – Из-за того, что мне пришлось жить в одной комнате с чужими людьми.

Это не соответствовало истине. Проблемы со сном начались задолго до Адамсберга, однако я не хотела упустить случая упрекнуть маму в том, что она отправила меня туда.

– Воспитательница каждый раз говорит об этом на беседе с родителями, – сказала мама. – Она считает, что в бессоннице коренятся все твои проблемы.

– Воспитательница – полная идиотка, – возразила я.

– Почему? – спросила мама, не делая замечаний по поводу выбора слов.

– Просто идиотка – и все.

Когда мама заснула, я сняла повязку с одной руки. Порезы были и вправду глубокие.