Черная звезда на счастье

Переводить такое ей не разрешалось – она должна была обратиться к руководителю, который мог принять решение: пропустить эту сцену или отложить книгу в негодные для перевода на горианский.

Но ей было слишком любопытно – и, кроме того, уже хотелось попробовать перевести – хотя бы взглянуть, как это будет выглядеть на горианском. Микея не учла лишь одного – когда она закончит работу, ей непреодолимо захочется показать ее кому-то. Так о ее проступке узнала Навия – ее подруга и секретарь ее начальника. Микея дала девушке почитать книгу под строжайшим секретом, но Навия решила, что большой беды не будет, если она поделится тайной с женихом.

Вместе они из любопытства уговорили Микею закончить перевод, и в него попало еще две эротические сцены и, что еще хуже, сцена убийства. Такие вещи даже из художественной литературы на горианский переводить запрещалось под страхом уголовного наказания – прочтение подобных вещей некоторыми телепатами могло повлечь психотравмы. Откровенную эротику тоже не разрешали переводить – и, конечно, ее запрещалось читать невинным девушкам – таким, как сама Микея и Навия.

Но нарушение всех этих запретов, скорее всего, не послужило бы причиной для столь серьезного наказания, если бы не случилось кое-что еще. Несколько месяцев спустя, когда все трое почти забыли о злополучной книге, Омкан, работавший бок о бок с девушками, внезапно начал проявлять все больше внимания к Микее и все меньше – к своей невесте. И вскоре последовало расторжение помолвки.

Узнав о том, что ее жених влюбился в подругу, Навия почему-то решила, что во всем виновата Микея, и решила отомстить.

Руководствуясь скорее эмоциями, чем холодным расчетом, девушка решила разослать запретную книгу по всему их бюро переводов – от имени Микеи. Когда началось разбирательство со сканированием всех троих, Навию, конечно, уличили в этом подлоге и также осудили, но Микея получила самое серьезное наказание – поскольку именно она выполнила запретный перевод.

Заканчивая рассказ, она гордилась тем, что смогла не плакать, но стоило ей поднять глаза и встретиться взглядом с сочувствующим, мягким выражением лица Цесина – как она всхлипнула.

И он мгновенно обнял, погладив ее по голове, и позволяя снова выплакаться в свою рубашку.

– С тех пор как мы познакомились, я все время делаю тебя мокрым, – сказала Микея, смущенно вытирая слезы через пару минут. Она пыталась перестать судорожно всхлипывать, но это привело лишь к тому, что ее горло заболело, а всхлипы стали еще громче.