Босс моего бывшего

Если та рыжая была на корпоративе, то её должен знать Поклонский. А я хочу выяснить наконец, кто она. Мне это нужно, чтобы не осталось ни единого слепого пятна в этой истории.

– Вы знаете её?

Дмитрий забирает у меня телефон и поднимается на ноги. Внимательно смотрит на фотографии, и лицо каменеет. Он определённо знает её, знает лучше меня, и от выражения лица, с которым он вглядывается в экран, мурашками покрываюсь.

Страшное лицо, злое. Но Поклонский быстро берёт себя в руки и… удаляет фотографии.

– Нечего эту гадость в телефоне хранить, – говорит чужим голосом, слишком хриплым для человека.

 – Да, я знаю её. Это жена моего финдира и по совместительству лучшего друга. Мы когда-то вместе основали маленькую фирму ”Мегастрой”. Торговали шифером, рубероидом, строили гаражи и мечтали о первом крупном заказе. Почти всё сами делали, только парочка парней помогали и Елизавета Семёновна, мать Стаса. Она на телефоне сидела, на редкие звонки отвечала. Стас – экономист от бога, а я управленец, снабженец и архитектор по первому образованию. Потом до кучи юридический закончил.

Какая гнилая история, господи. Во что Лёня влез? Зачем ему эта женщина? Ясно одно: ему открутят голову на раз-два, если он не прекратит тискаться по углам с женой большого начальника и лучшего друга Поклонского.

Дмитрий кидает на меня задумчивый взгляд и снова подходит ближе, чем можно чужим мужчинам. Протягивает руку, мой подбородок поддевает и чертит большим пальцем на моей коже магические руны.

– Я держусь из последних сил, чтобы не поехать в “Великобританию” и не натянуть сладкой парочке глаза на уши.

За тебя, за Стаса. Знаешь, сколько лет мы с ним дружим? У-у-у, наверное, больше, чем ты живёшь на свете. Но за тебя уничтожить его первичные половые органы мне хочется тоже.

– За меня? Дмитрий, это неправильно.

– Абсолютно неправильно. Недопустимо, – горько улыбается. – Я знаю, что ты скажешь, о чём напомнишь. О жене моей, о долге, о семье, в которую нельзя влезать. Но я всё сам знаю.

– Если знаете, зачем это всё?

– Всё слишком сложно, Варвара. Думаешь, я козёл похотливый, как твой Лёня? Такая же кучка крысиного помёта? – его пальцы перемещаются чуть выше, почти касаются губ, но в последний момент Поклонский чувствует, что переходит черту и отнимает руку. Она лишь на миг зависает в воздухе, но Дмитрий прячет её в карман.

– Я ничего о вас не думаю, – признаюсь, хотя немножко вру. – Ваша жена меня не касается и моральный облик тоже.