Босс моего бывшего

Со своей бы жизнью разобраться.

– Знаешь, Варя, я чуть не сдох, каждый раз на глухую стену натыкаясь. Сто раз хотел плюнуть, телефон твой удалял, но он на подкорку вшит, не забудешь. Почему мой номер в блок не отправила?

– Не знаю.

– Не знает она… поехали, Варя, пока я не совершил какую-нибудь глупость. Ты обещала меня удержать, так выполняй, – в его глазах пляшут черти. Поклонский будто бы вызов мне бросает, провоцирует совершить этой ночью какое-нибудь безумие. – Ты нужна мне сегодня.

Впрочем, ты нужна мне всегда.

– Зачем?

– Если бы я знал, я бы уже нашёл способ тебя из своих мыслей вытравить. Но я не знаю, потому ты сидишь в моей голове, живёшь в моих снах, и я ничего не могу с этим поделать. Думаешь, пройдёт?

– К врачу ходили? Может, это шизофрения?

– Было бы весело, но увы и ах. И даже не старческий маразм.

Нет, определённо, это самый странный мужик из всех, кого встречала. Впрочем, имея лишь одни отношения за жизнь, что я понимаю в мужчинах?

Поклонский берёт за руку и тянет за собой к парковке.

Пищит сигнализация, щёлкает замок двери большого автомобиля, а в соседней загораются фары и жужжит мотор.

– Охрана, – поясняет Поклонский и распахивает дверцу, приглашая меня сесть внутрь. – Не обращай на них внимания. Садись, поедем.

Да и чёрт с ним, поеду. Вот только куда?

Глава 4 Варвара

– Пристегнись, – просит Поклонский, крепко сжимая руль левой рукой.

Правая порхает над навороченной сияющей в темноте кожаного салона панелью. Длинные пальцы с крупными суставами плавно движутся, нажимают на несколько кнопок подряд, и вскоре пространство наполняется медленной тягучей музыкой.

Очень похожей на ту, под которую танцевали с ним на корпоративе, но вдруг в приятные воспоминания вклинивается образ рыжей. Прицепилась же, зараза!

Господи, обо что мне нужно стукнуться головой, чтобы никогда больше о ней не вспоминать?

– Как её зовут? – спрашиваю, уверенная, что Дмитрий понял, о ком мой вопрос.

– Настя, – спустя протяжную тяжёлую паузу отвечает Поклонский, и лицо его снова каменеет, а в глазах злость.

Я вздыхаю и берусь за ремень безопасности. Руки дрожат, и мне никак не удаётся попасть в нужный паз. Промахиваюсь, тихо под нос ругаюсь, но ладонь Поклонского ложится на мои запястья, ледяная, как в тот вечер.