Корсар

Кожа до сих пор хранит следы прикосновений того урода и сейчас, когда оказалась в стенах дома, напряжение спадает, и до меня медленно, но уверенно доходит смысл всего произошедшего. Руки дрожат и покрываются мурашками, а перед глазами мелькают картинки того, что он мог сделать со мной, только пожелай. Страшно.

Скрипнуло что-то за окном, а я вздрагиваю, точно выстрел услышала. Шаги, отблески света, шипение. Вскакиваю на ноги и хватаю с плиты тяжёлую сковородку. Перехватив поудобнее за длинную ручку, застываю, готовая размозжить череп любому, кто решит подойти.

Нет уж, больше никому не позволю лапать себя без разрешения, сдохнуть лучше.

Стук входной двери, а внутри радость и облегчение от того, что это брат вернулся, но лучше перестраховаться. После недавнего инцидента осторожность не помешает. Замираю, затаив дыхание, а руки, сжимающие сковородку, дрожат.

– Ева? Ого, – смеётся брат, зайдя в кухню. – Опусти сковородку, это я.

У него на лице довольная улыбка, а мне стукнуть его хочется всё сильнее, но своё "оружие" всё-таки опускаю.

– Где ты был?

– Гулял, – пожимает плечами и запускает руку в порядком отросшие волосы.

От его спокойного тона и улыбки на лице взрываюсь. Не могу смириться, что он так спокоен сейчас, задыхаюсь от несправедливости и обиды.

– Гулял? А ничего, что меня недалеко от дома какой-то упырь поймал и лапал, потому что ты там что-то кому-то задолжал?! Ты слышишь? Меня чуть не изнасиловали только что!

Выпаливаю на одном дыхании, а глаза Артёма округляются.

И без того бледное лицо становится белее мела. Одним длинным шагом преодолевает разделяющее нас пространство, сжимает в объятиях и в макушку целует. Ощущаю, знакомый с детства аромат, и слёзы текут из глаз. Мне

так хочется снова почувствовать себя маленькой, беззащитной, а не весь этот мрак, в котором жить вынуждена.

– Евочка, прости, милая моя, – бормочет, сжимая до хруста в рёбрах. – Обещаю, что всё теперь точно будет хорошо.

Веришь мне?

Не верю, но молчу. Я столько раз слышала эти обещания, что уже и неинтересно. Резко вытираю слёзы, потому что надоело плакать.

– Я нашёл способ заработать деньги, много денег, – заявляет, отпустив меня. Чайник закипел, и свист режет по ушам. – Скоро всё будет хорошо.

– Тёма, может быть, просто на работу устроишься?

От этих слов брат морщится, будто гадость съел. Работать он не любит, иначе не лазил бы ночами в поисках неприятностей.