Моя панацея

Но он был скуп на слова, на хорошие слова. И мне всегда это казалось нормальным, только… ай, не знаю. Потом над этим подумаю.

– Комплименты – это не главное. Главное – поступки.

– И что, много поступков он ради тебя совершил? – усмешка на губах, а у меня холодок по коже. – Подумай над этим, Инга. Хорошенько подумай.

Я хочу ещё что-то сказать, возразить, противопоставить хоть что-то святой уверенности Максима в гнилой натуре моего мужа. У меня всё ещё нет доказательств дурным словам, у меня всё ещё есть иллюзия, что всё это – зачем-то выдуманные Максимом глупости.

Только, если действительно об этом думать, какая причина у Максима наговаривать на Павлика?

Вдруг тишину кабинета разрушает звук стандартного айфоновского рингтона. Максим мимолётно хмурится, подходит к дивану и в кармане пиджака находит телефон.

– Да, Сергей, – резкое в трубку, а я впиваюсь пальцами в край столешницы. – Что? Ну, молодцы. Еду.

Сбрасывает звонок и смотрит на меня из-под полуопущенных тёмных ресниц.

Молчит, но мне кажется: он хочет что-то сказать. И вряд ли не решается – не такой он человек. Просто время зачем-то тянет.

– Павлика нашли. Ты рада?

Глава 8 Макс

Возбуждение моментально схлынуло после звонка Сергея. На его смену пришёл азарт. И злость. Большое такое, иссиня-чёрное нефтяное пятно, и границы его всё шире и шире с каждой секундой.

Я мчу вперёд, прямиком к маленькому частному аэродрому. Сейчас, когда Павлик в надёжных руках моей службы безопасности, можно немного расслабиться.

Остыть. Не гнать, словно в машине колёса загорелись, но не могу. Не получается оставаться спокойным, когда какой-то упырь возомнил себя самым умным.

Злой ли я человек? Не знаю. О себе сложно говорить, себя трудно анализировать, но я определённо так и не научился прощать чужих ошибок. Промахов. Тем более людям, которые в моей жизни лишние пассажиры. Посторонние. С какого хера я должен сидеть в углу, сложив лапы на животе, и хлопать себя ангельскими крыльями по горбу, усиленно изображая смирение и всепрощение? Обойдутся, без меня милых и понимающих достаточно, я каждую свою копейку личной кровью заработал.

У трапа меня встречает уже знакомая по десятку прошлых совместных полётов стюардесса, вежливо улыбается, словно действительно весь смысл её жизни в том, чтобы видеть меня. Мне нравится сервис в этой частной лётной компании, но не нравится настолько навязчивое внимание персонала. Одного его члена, так сказать.