Без правил

– Идиот, – прошептав, потирала запястье, где красовались чёткие пятна его пальцев.

– Больше так не делай, – зло сказал он и завёл мотор.

– Отвези меня домой, – сухо попросила я.

– Нет уж, мама сказала накормить тебя, – произнёс он спокойно.

– А моё мнение спросить не хочешь? – Возмутилась я.

– Нет, пристегнись, – бросил он и включил радио, которое заполнило пространство машины.

Закрыла глаза, чтобы хоть как-то привести свои внутренние переживания в порядок. Это оказалось сложно.

Только я уверяю себя, что мне всё удастся, так Гранд разрушает мою выдержку. Опасно. Горячо. Нельзя подпускать его близко. Наивно полагала, что после всего у меня выработался иммунитет. Но тело жило своей жизнью. Оно хотело его, жаждало прийти к логическому завершению, развязать тугой узел внутри.

«Господи, помоги мне», – взмолилась я, теряя приобретённую с годами выдержку. – «Ведь я заслужила раздавить этого урода. Верно?»

Но никто не ответил. Мне необходима была поддержка извне, силы, чтобы сказать ему «нет».

И у меня получится, я буду вести борьбу с самой собой, если это потребуется. Но ни за что не позволю ему вновь затронуть что-то во мне. А желание… это нормальное состояние. Ведь тело создано для удовольствия, и это естественная реакция организма на мужские феромоны.

«Я смогу», – уверяла я себя, пока машина не остановилась.

– Больно? – Гранд нарушил наше молчание, и я открыла глаза, заметив, что до сих пор держусь за запястье.

«Ну, сейчас я тебе задам.

Ты узнаешь, что такое раскаяние!»

– Да, – тихо ответила я, шмыгнув носом.

– Прости, малышка, – его рука потянулась к той, которую он третировал, и подхватил её пальцами, согревая в своей ладони.

Я повернула на него голову, встречаясь с обеспокоенными глазами и нахмуренным лицом.

– Прощаю, – прошептала я, когда он встретился со мной глазами.

– Я не хотел сделать тебе больно, никогда не хотел, – казалось, что ему с трудом даются эти слова.

Он приподнял мою руку, и его голова склонилась над запястьем.

Меня ослепила вспышка, когда его губы коснулись моей кожи, оставляя горячий ожог на ней, а затем ещё один и ещё. Кровь забурлила, заставляя сердце вновь сбить ритм.

– Это лишнее, – услышала свой голос, звучавший на октаву ниже, и освободила руку из его плена. Он не должен знать и чувствовать мой пульс. «Это я с ним играю, а не он со мной. Я!»

– Малышка, – позвал он, подняв голову.