50 и одно дыхание глубже

Я изменилась, полностью изменилась и не дам ему снова заполнить мой разум собой. Нет. Борись. Борись и будет всё хорошо, тогда выиграешь у себя же собственное сердце.

– Нам карпаччо из лосося две порции, лобстера на каждого и бутылку негазированной воды, – чётко говорит Марк.

– Пойдёт? – Обращается ко мне, когда официант забирает меню.

– Более чем, – киваю я.

За столом повисает неловкое молчание, пока я смотрю на него и решаю, что делать. Отказаться или идти дальше? Прекратить этот фарс и игру с самой собой или заставлять себя забыть? Попробовать, как и хотела?

– Очень красивый галстук, – выпаливаю я.

– Спасибо, – неловко отвечает он.

– Глупо как-то, – улыбаюсь я, решая не в пользу себя, а пользу будущего. Буду прятаться за Марком. Мне страшно снова возвращаться… возвращаться больно. Я не вытерплю.

– Это точно. Но это обычный ужин и мы друзья, а что получится, пусть решит время, – пожимает он плечами, даря мне расслабление.

– Амалия сегодня рассказала кое-что, – вспоминаю я.

Его плечи напрягаются, и он садится ровнее.

– Снова о моей симпатии к тебе? – Улыбается он, но это выходит наигранно.

– Нет. О том, что было в Оттаве. Это ужасно, – говорю я.

– Чёрт. Не предавай её, Мишель. Она никому этого не говорила, даже не вспоминала. Но да, те годы были отвратительными. Я покрывал её встречи, мне так хотелось верить, что действительно он её любит. А потом… мне жаль его. Он любил мою сестру, но она закрылась от него. Она сама потребовала, чтобы мы переехали.

Она обещала снова… – Марк замолкает, закрывая глаза, и печаль появляется на его лице.

– Покончить с жизнью, – заканчиваю за него.

– Да, – открывает глаза, и вижу, как блестят они от слёз. Слёз боли за сестру. Боже, он такой невероятный. Пожалуйста, дай полюбить его… полюбить всем сердцем.

– Поэтому ты постоянно был со мной? Ты думал, что и я это сделаю? Чтобы успеть спасти меня? – Спрашиваю я.

– Это зрелище… столько крови, столько боли, и всё в пустоту. Да, я боялся, что сорвёшься.

Даже с отцом поделился, но он отчего-то был уверен – ты этого не сделаешь. Не поверил. А сейчас увидел, как ты отличаешься от моей сестры. Ты сильная и хрупкая одновременно. Глубже, чем хочешь казаться. Тогда… у Сары, я искал тебя, Амалия сказала, где ты. И увидел это… уже видел. На Амалии. Спрашивал, что это. Эти синяки на спине и ягодицах, синяки на шее. Думал, что бьёт. А оказалось, это такое развлечение, которое я никогда не пойму.