Тайна Босса

 – Он отклоняется немного назад и касается ладонью моей щеки.

– Зачем мне это уметь, если моё будущее никогда не будет связано с твоим? – шепчу я.

– Ты сама отказалась от этого шанса, – напоминает он.

– Ты этого хотел. Не обманывай, что не через силу просил меня в ту ночь стать твоей любовницей. Я видела боль в твоих глазах, Лазарро.

– Ты права. Я никогда не захочу этого. Дело не в тебе, а в том, что я выбрал одиночество для безопасности тех, кто меня окружает. Не хочу и не буду тратить время на отношения с женщиной.

Для меня это бессмысленно. Она всё равно умрёт. Рано или поздно. Она умрёт внутри, как ты и говорила. Я видел это. Моя мать умерла. И я знаю, что делает мой мир с женщинами. Он превращает их в шлюх для удовлетворения потребностей, злости, обиды и мазохизма. Я не могу так поступить с тобой. Ты моя только на определённый срок. – Он вновь гладит мою щёку, а сердце уже в осколках. Страх Лазарро мне очень понятен, и я не виню его в том, что не собирается, даже в своих мыслях, сделать меня кем-то большим, чем просто женщиной, с которой он просто развлекается.

– Мне этого достаточно. Я знаю, что всё это когда-нибудь закончится, тебе не нужно мне напоминать. Но прошу, не отвергай то, что я могу и хочу тебе дать в это время. Получай удовольствие, ты так говорил?

Лазарро приподнимает уголок губ и кивает.

– Именно.

– Значит, всё в порядке. Поможешь смыть краску? – спрашивая, поднимаю ладонь.

– Ты испортила стену, Белоснежка, – обвиняет он меня.

– Знаешь, пусть так и останется. Как напоминание о том, что порой отсутствие человека может быть намного громче, чем его присутствие. Однажды наступит день, когда ты не будешь знать, как поступить. Приди сюда, в эту комнату, и вспомни, что ночь никогда не может быть вечной. Всегда наступает рассвет, а ты ведь уже научился его искать.

Глаза Лазарро темнеют, и в них я различаю грусть, одиночество, горечь, печаль. Это всё проносится в его взгляде за несколько секунд, а потом зрачки сужаются.

Он хлопает несколько раз меня по щеке.

– Пойдём, смоем краску, а потом я уеду. Тебя заберёт Симон, и мы встретимся на банкете. Надеюсь, что твоё принципиальное платье не заставит меня никого убить сегодня. – Лазарро улыбается, но это механическая улыбка. Ничего не значащая. Неискренняя. Он на что-то переключил свои мысли, чтобы не поддаться чувствам, которые, уверена, ощутил так же сильно, как и я.