Постороннее лицо

Поверьте, я часто имел дело с людьми вашего круга и положения, снимал с них показания, получал нужные ответы на вопросы. Однако я не собираюсь вам угрожать, хочу только выяснить несколько моментов. Давайте вернемся к вопросу о совещании десятого сентября. Итак, вы ничего не ответили Трегубову, не сказали ни да ни нет. А не могло так случиться, что начальник службы безопасности расценил ваше молчание как одобрение его плана? Такие примеры наверняка известны не только мне, но и вам.

– Я уже говорил об этом.

Он не мог. У нас заведен такой порядок. Служба безопасности начинает действовать, лишь получив мои четкие инструкции.

– Значит, на сожжение машины журналиста Соломина вы дали такие инструкции? – самым обыденным тоном спросил Гуров. – Иначе сотрудник частного охранного предприятия «Плотина» не совершил бы это преступление.

Тут сыщик увидел, как у его собеседника слегка отвисла челюсть. Настолько он был ошеломлен тем, что сейчас услышал.

«Кажется, можно считать, что в нашем поединке счет растет в мою пользу», – подумал полковник.

– Какая машина? Какой журналист? Не понимаю, о чем вы говорите, – пробормотал Чугунов.

Гуров видел, что он не был готов отвечать на этот вопрос, не выработал линию защиты.

– Да бросьте вы, Алексей Игоревич, – добродушным тоном произнес Лев Иванович. – Вы не можете не знать фамилии журналиста, который регулярно публиковал разоблачительные материалы о деятельности вашего холдинга. Вам, конечно, известно, что его машина была сожжена.

Ведь вы следите за всем, что происходит в городе. Так что вопрос у меня только один. Вы приказали это сделать или таково было самостоятельное решение директора ЧОПа Сорокина?

Хозяин кабинета задумался на несколько секунд, собрался с мыслями, затем сказал:

– Нет, такого приказания я не отдавал, это точно. Даже намеков не делал. Сорокин не мог меня неправильно понять. Я его к себе не вызывал. ЧОП – это не мой уровень. Им Трегубов занимается.

– Понятно. Значит, мне непременно нужно будет побеседовать с руководителем вашей службы безопасности, – сказал Гуров.

 – Впрочем, я все равно планировал это сделать. Теперь предлагаю вернуться к вопросу о вашей дочери и ее отношениях с адвокатом. Если вы не хотите, чтобы я беспокоил Ирину, то ответьте на мои вопросы прямо здесь и сейчас. Возможно, тогда мне не придется допрашивать вашу дочь.

Лицо олигарха исказилось. Он старался подавить гнев, вспыхнувший в нем, и добился этого.