Поместье Лейкседж

Внезапно я осознаю, как в комнате тихо, как спокойно. Монстр в темноте дышит медленно и тяжело.

– Ариен.

Я прижалась губами к его уху. Тихо встряхиваю его.

– Мы не можем здесь оставаться. Мы не можем оставаться с ним.

Он шевелится со стоном. Едва решаясь дышать, я медленно сажусь. Он смотрит на открытую дверь и его лицо озаряется пониманием. Мы встаем. Каждый шелест ткани, каждый скрип половиц ощущаются бесконечно громкими. Я не отрываю глаз от монстра, но он не двигается.

На цыпочках мы пересекаем комнату и останавливаемся за дверью.

Мы долго бежим между тесными рядами деревьев в оливковой роще. Я не знаю, куда мы идем, но знаю, что уйти нам нужно далеко. Я должна держать брата как можно дальше от монстра. Я позволяю лесу сомкнуться вокруг меня, пока, наконец, ветки с узкими листьями не расходятся и не уступают место дикому лесу.

Ариен спотыкается, пытаясь не отставать от моего стремительного темпа.

– Лета, почему ты не побежала на дорогу?

– Он бы нас там увидел. Мы сможем вернуться на нее, как только выйдем из-за деревьев.

Мои ноги цепляются за упавшую ветку, и я спотыкаюсь. Падаю коленями на землю, от боли темнеет в глазах. Я зарываюсь в листья и шиплю сквозь зубы.

– Проклятый лес.

Ариен приседает рядом со мной, его испуганный взгляд переносятся с земли на деревья и небо.

– Ты ушиблась?

Со стоном боли я встаю на ноги.

– Я в порядке.

Мы идем дальше. Я не отрываю взгляд от тропы впереди, прокладываю путь сквозь деревья. Время от времени я останавливаюсь, напрягаясь, чтобы прислушаться. Все мои мускулы с каждым мгновением все больше скручиваются в спираль. Из лесу доносятся странные звуки: голоса птиц, скрип деревьев, шелест листьев.

А потом раздается голос – неразборчивый и сердитый. Монстр зовет Ариена по имени.

От этого звука идущий позади меня Ариен начинает дрожать.

– Не останавливайся!

Идем все дальше и дальше. Лес бесконечен. Наше дыхание становится тяжелым, и мои легкие начинают гореть. По мере того как деревья сгущаются, цвет из серого становится иссиня-черным. Исчез даже слабый лунный свет, который бледно освещал ветви.

Ариен спотыкается, ударяется об меня.

– Тебе следовало украсть факел, – раздраженно шепчет он.

Лихорадочный смех застревает у меня в горле.