Смертельный звонок

Тихо, чисто, ни пьянок, ни гулянок – пока не повелся с Ниной.

И вновь дернулись твердые губы, и снова припала она к чашечке, уже опустевшей.

– Впрочем, кое-что общее у них было.

– Что же?

– Родители-алкоголики, – без никакого осуждения, просто как факт, констатировала завуч.

– Негусто.

– Да, но в остальном Нина Лайкина – совсем иного сорта фрукт. Вот она.

Анна Георгиевна перекинула несколько толстых альбомных листов.

Да уж, красавица. Трудно представить себе столь неподходящих внешне людей.

В Романове, при внешней простоте, читалась и внутренняя интеллигентность, и видно было, что человек мозгами не просто не обижен, а наделен щедро. Лайкина – совершенно иного пошиба персона: пышная, статная, с ошеломляющим бюстом, тонкой талией и толстой косой. И лицо, по правде говоря, неправильное: глаза слишком близко посажены, нос слишком длинный, рот слишком широкий, лоб низковат…

И все-таки красива. Бывает такой результат всех возможных неправильностей.

Крячко озвучил собственную ассоциацию:

– Ни дать ни взять – молодая Солоха.

– Сравнение удачное, – одобрила старая учительница, – да и девица непростая. К слову, мама ее была не сахар, а эта… дерзкая, резкая, громкая, скрытная и прямолинейная. И, понимаете, все не вовремя, невпопад, с тычка, с рывка. Полное отсутствие деликатности, эмпатии, что думает, то и брякнет. Избалована изрядно, мать растила ее одна, ее… кхм… обожатели напропалую заваливали доченьку подарками.

– Подкупали то есть, – уточнила Елена Васильевна, которая, как казалось, совершенно не прислушивалась к разговору, натирая до безукоризненного состояния столешницу.

По всей видимости, она была из перфекционисток, не терпящих ни малейшей неточности.

– …наконец мать ее спилась и вообще пропала при темных, невыясненных обстоятельствах, – сделав вид, что не услышала, продолжала учительница, – к тому времени Нине было четырнадцать. Опекуном стала соседка, потом и она скончалась. Осталась одна, а у девчонки своя комнатка в коммуналке.

Начались мальчики, спиртное, сомнительные знакомства…

– …на подвиги потянуло, – дополнила Елена Васильевна, адресуясь как бы в пустоту, – разъезжала на шикарных машинах.

Анна Георгиевна, чуть поморщившись, глянула с укоризной. Алена замолчала.

– Тогда, может, помните, было модно специально навинчивать московские номера, чтобы все видели.

– …что пришел Вася к успеху, – снова донеслось откуда-то со стороны.