Сыщик ошибается только раз

Доберутся – и поминай как звали!

– Вот попали – на ровном месте и мордой об асфальт! – раздосадованно бормотал себе под нос Гуров, размеренно топая в темноте следом за своим глазастым проводником. – Знать бы, где упадешь, так соломки заранее бы подстелил!

– Чего говоришь? – бросил через плечо инструктор.

– Да я вот интересуюсь, ты, наверное, на морковь налегаешь, Игорь Степаныч, а? – спросил Гуров. – Видишь в темноте, как кошка. Без тебя я бы давно себе шею свернул.

– Привычка, – сказал Куприянов. – Я сплю мало.

А на реку тянет. Придешь, посидишь на берегу, и вроде как полегче на душе, понимаешь? А в лесу привычка нужна. Ты ведь у себя дома в темноте не плутаешь? Вот и тут то же самое. А сегодня, я бы сказал, и не темно вовсе. Тропу видно как на ладони.

Гурову так не казалось. Но спину своего спутника он все-таки видел, и этого пока было достаточно. Неожиданно Куприянов вдруг остановился, и Гуров с разбегу навалился на него, едва не сбив с ног.

– Тише! – прошипел инструктор, хватаясь за ствол молоденького дерева.

 – Мы уже почти на месте.

– Где река? – шепотом спросил Гуров и понял, что сморозил глупость – шум потока явственно указывал его местонахождение. До реки было шагов тридцать-сорок, не более.

Куприянов и не стал отвечать на этот вопрос. Он только предостерегающе поднял руку и осторожно пошел вперед, огибая выплывающие из мрака сосновые стволы и стараясь не греметь камнями, которых под ногами становилось все больше. Следуя его примеру, Гуров тоже пошел дальше на цыпочках, размахивая для баланса руками.

Но так продолжалось совсем недолго, потому что глазастый Куприянов уже издали что-то заметил и, заорав горестно и гневно: «Что делают, сукины дети!», бросился вперед, уже не разбирая дороги.

Впрочем, они уже выбрались из леса и оказались на открытом пространстве, которое показалось Гурову знакомым даже при ночном освещении. Он увидел смутно темнеющий на фоне звездного неба зубчатый гребень противоположного берега, серые валуны, беспорядочно разбросанные вокруг, аккуратный домик у реки и белую пену на черной бурлящей воде.

И еще он увидел вспышки электрических фонарей и какую-то суету у самого потока.

– Ах, паразиты! – завопил Куприянов, отважно бросаясь вперед. – Уходят! Как я и думал. Стой!

Он прямо на бегу подхватил с земли увесистый камень и запулил его в темноту. Камень прошуршал в воздухе и с плеском шлепнулся в реку. В ответ с реки понеслись ругательства, и кто-то даже швырнул камень в ответ.