Клык. Хвост. Луна. Том I

Окрапленное множеством коричневых веснушек лицо сияло от радости. Кончик кривого, безобразного носа немного выглядывал в левую сторону. Широко раскрытый рот в улыбке проглатывал большие порции воздуха. В руке у бегуна болтался небольшой, но увесистый мешок с растекающимися темно-красными пятнами.

Охваченный восторженным чувством, бегун не оборачивался, не смотрел по сторонам, и, определенно, не глядел себе под ноги. Из-за угла, навстречу летящему юнцу, резко выстрелила нога, обутая в черный полуботинок. От большой скорости и невнимательности, бегун больно встретился своей голенью с торчащей из темного прохода ногой.

От коварной подсечки юнец полетел вперед, выставив руки перед собой как белка в полете.

В то мгновение, что он провел в воздухе, выражение его лица успело измениться целых три раза. Сначала уголок его рта повело в сторону от ноющей боли в ноге. Затем его глаза широко раскрылись, удивленно рассматривая приближающуюся землю. И, перед самым падением, на лице парящего юнца застыл тупой вопрос.

Бегун с хлопком упал на землю, выпустив из рук мешок. Из-за темного угла, ехидно посмеиваясь, резко выскочил второй юнец, точь-в-точь похожий на первого, только его кривой нос был слегка повернут вправо. Схватив валяющийся тряпичный мешок, второй взглянул на лежащую в грязи собственную копию.

– Ха-ха, тупой Дой. Спасибо за подарок! – произнес второй и, сверкая пятками, помчался дальше, громко хохоча на всю улицу.

– Рой, чертов мерзавец! Я тебе шею сверну! – прорычал первый бегун, поднимаясь на ноги, после чего погнался за вторым.

Двое одинаковых, как пара сапог, юнца змейкой огибали плотно застроенные улицы общины. Уже невозможно было разобрать, кто из них поставил подсечку, а кто упал. Мальчишки бежали друг за другом, ловко проскальзывая под лошадями, перепрыгивая через телеги, выполняя сложные перевороты в воздухе. Их гибкие, проворные тела изящно уклонялись от стоящих на пути препятствий. Время от времени один догонял другого, выхватывая мешок из рук и сталкивая плечом с дороги.

Одноликие соревновались, как две капли воды, сползающих по стеклу после дождя. Тот, что оказывался спереди, бросал под ноги позади бегущего любые предметы, которые попадались ему под руку: цветочные горшки, овощи, небольших животных, – все то, что могло хоть как-то притормозить преследователя. Мешок постоянно бился о стены, ударялся о края повозок и задевал смятенных прохожих. Падал, переворачивался и крутился в воздухе.