Господа юмористы. Рассказы о лучших сатириках страны, байки и записки на полях

Он бы и со своими текстами проходил хорошо, ну а уж народными доводил зрителей до истерики.

Был один случай. Задорнов, году в 1985-м, пригласил нас со Смолиным в пансионат «Ёлочка». Мы там выступали и пару дней бесплатно жили. В зале одни комсомольцы. Начинал концерт я и доводил публику до скандирования. Потом Смолин развивал успех до громового хохота. А третий, Задорнов, доводил публику просто до истерики. Извините, но одна зрительница на этом концерте просто описалась.

Когда мы утром пришли на завтрак в столовую, все отдыхающие встретили нас аплодисментами.

Пустячок, а приятно. Помню до сих пор.

Да, в 1990 году Михаил Задорнов стал звездой юмора.

* * *

Конечно, ему уже не удалось повторить рекорд, который установил Хазанов в 1989 году. Те времена прошли.

Геннадий Хазанов тогда, в Киеве, выступал в десятитысячном дворце спорта десять дней подряд, по два концерта в день. И все двадцать концертов был аншлаг.

Геннадий Викторович Хазанов.

Я его увидел на сцене в 1969 году. В Театре эстрады выступали авторы и администраторы «Клуба 12 стульев» «Литгазеты»: Арканов, Горин, Хайт, Бахнов, редакторы Веселовский, Суслов, Резников.

И два артиста в качестве «самодеятельности клуба» – это Семён Фарада и Геннадий Хазанов.

Хазанов был лучше всех. Что он там вытворял! Номер его назывался «Устный журнал», была тогда такая форма выступлений.

Персонажи Хазанова: куплетист, цыган и комментатор Озеров.

Изображая цыгана, Хазанов к уху пристёгивал бельевую прищепку и говорил:

– Если у цыгана отнять жену, он засмеётся, если отнять коня – он заплачет, а если отнять песню, цыган умрёт.

Послушайте, пожалуйста, песню, которую я недавно отнял у одного цыгана.

Дальше шла песня под Сличенко. Куплеты он пел под собственный аккомпанемент на рояле:

Роль Снегурочки без спора дали тёте режиссера.

А пора бы ей играть Дед-Морозовую мать.

А начинал он со знаменитого спортивного комментатора Николая Озерова. Репортаж с матча советской хоккейной команды с канадцами.

Была там такая реприза про какого-то хоккеиста: «Прошёл слух, что у него сотрясение мозга. Но никакого сотрясения, а тем более мозга, у него нет».

Успех у Гены был оглушительный, публика его долго не отпускала. Конечно, он проходил со значительно большим успехом, чем писатели со своими бумажками.

Я к тому моменту уже начал писать тексты для Лифшица и Левенбука. Были тогда такие довольно известные артисты, которые впоследствии вели передачу «Радионяня».