Моя мама – боевой лекарь

Енот, который после своих последних слов смотрел на меня с приоткрытым ртом, вдруг спрыгнул на пол и начал кататься туда-сюда: от входной двери к окну и обратно.

– Мам, что с ним? Ты его слишком сильно напугала? – обеспокоенно спросил Кай.

– Вроде бы нет, – растерялась я, тут же заставляя свой посох исчезнуть – ну хоть чему-то научилась. – Енот, ты как? Ты в порядке? Енот?

– Я как? Я в восторге! Хозяйка, вы обалденная! – сказал енот, продолжая кататься по полу, судя по всему… от радости и этого самого восторга.

 – Хозяйка из хозяек! Твои слова такие мудрые, такие прозорливые! Мне стыдно, что я сам до этого не догадался!

– Может, и потрясающая, но до сих не представляю, что нам будет за твое отмщение. Кай, не знаешь, чем обернется творчество енота для нас? – спросила я у сына.

Тот отрицательно помотал головой:

– Без понятия. Я никогда такого не делал, так что не знаю, что будет. Спроси обязательно у Итана. Обычно за разрушение чужого имущества платится штраф, но у тебя ситуация чуть сложнее.

Если я правильно понял, то тот мужик тебе угрожал, так что, возможно, и ничего не будет.

– Хорошо, обязательно спрошу, – сказала я. – Мы сейчас спускаемся вниз?

– Ага, поедим чего-то. Я, кстати, выполняю твою просьбу, можешь спросить у Энри.

– Какую просьбу?

– Ем кашу по утрам. Энри мне постоянно ее готовит, – улыбнулся Кай, а я не сдержалась и растрепала его волосы: все равно у него на голове бардак, быстрее причешется.

– А зубы чистишь? – строго спросила я.

– Заклинание очищения, – сказал Кай. – Тут не существует ни пасты, ни зубной щетки. Ты просто используешь заклинание – и уже чистенький с ног до головы.

– Тут нет ванных и душа? – с ужасом спросила я.

– Есть, но больше для удовольствия, – ответил Кай, а потом повернулся к еноту и сказал: – Эй, мы уходим, ты тут останешься. Мам, дай ему имя, а? А то как-то неудобно обращаться.

– Имя? Сложный вопрос, – вздохнула я.

– Почему? – удивился Кай.

– Пока на ум приходят только очень ехидные слова, – шепотом ответила я, а потом, чтобы не обидеть енота, громче добавила: – Над такой важной вещью надо обязательно тщательно подумать.

Я очень рассчитывала, что смогу с утра еще немного поговорить с Каем, но увы. Во время еды он был не очень разговорчив, да и его нервозность мне не нравилась. Он пытался ее скрыть, но кое-какие привычки – дергание кончиков волос, потирание ложки между большим и указательным пальцем – выдавали с головой.