Жертва тайги

Но оторвать раненого Чеботаря от земли так и не удалось. Теперь, в бессознательном состоянии, тот стал совершенно неподъемным.

Антон грязно выругался, посидел с минуту, усиленно соображая: «Ну и что теперь дальше? Попробовать тащить его волоком? Для этого мне надо спуститься. Здесь, на верхотуре, ничего сподручного не найдешь – одни чахлые кустики. Но другого выхода все равно нет».

Он надрал лапника, напихал Чеботарю под спину, подхватил сирнапу и ломанулся вниз, но очень скоро намертво застрял в непролазных зарослях кедровника.

Так муха замирает в липкой паутине. Антон с трудом освободился из цепких объятий, взгромоздился на стланик и лег на живот. Извиваясь, как ящерица, он быстро заскользил по этому жесткому пружинящему «матрасу» под уклон, безрассудно подвергая себя опасности провалиться между кустами головой вниз и получить при этом серьезную травму.

Антон извозился по уши, пока добрался до подножия сопки. Руки, лицо и вся одежда спереди покрылись слоем липкой смолы, противно отдающей скипидаром.

Но о таких мелочах уже и не думалось. Надо было спешить. Времени до наступления темноты оставалось совсем немного.

Он срубил две подходящие молоденькие пихты и озабоченно посмотрел на небо. Неимоверно быстро, прямо на глазах, приближалась непонятно откуда взявшаяся зловещая темно-лиловая туча, отороченная светло-золотистой окаемкой. Она беспрестанно меняла форму, клубилась, извивалась как спутанные щупальца огромного спрута, увеличивалась в размерах, все ближе и ближе подтаскивала зловещий непроглядный мрак, следующий за ней.

В лицо ударило промозглым холодом. Зашелестело, загудело в древесных кронах. С треском посыпались обломанные сухие сучья. Взметнулась в воздух и очумело закружилась жухлая листва, оборванная острым стылым ветром.

Антон подхватил пихтушки, сорвался с места, но не пробежал и десятка метров, резко затормозил, отшатнулся и крепко зажмурился. Совсем близко, в каких-нибудь нескольких сотнях метров от него, нестерпимо ярко блеснула молния.

Широченный раскаленный малиновый зигзаг раскроил небо. Почти сразу, без паузы, сумасшедший громовой раскат шибанул в барабанные перепонки.

Мощный порыв ураганного ветра отбросил Антона, отшвырнул назад. Его, ослепленного и оглушенного, кубарем потащило по земле. Через мгновение хлынул жуткий ливень, леденящий тело и душу. Словно ненасытный, все пожирающий Молох в неукротимой злобе набросился на тайгу.