Мой дьявол-хранитель

Она услышала, как он зевнул у нее над головой.

– Спите, – шепнул он. – У нас еще три часа до следующей смены упряжки.

Эви повернулась вполоборота, уютно устроившись в его объятиях, и позволила себе погрузиться в манящие глубины сна.

Остаток путешествия превратился в расплывчатое пятно из бесконечного движения, тяжелой дремоты и резких пробуждении. Измученная вконец, Эви все больше зависела от Сент-Винсента. На каждой установке он умудрялся принести ей кружку горячего чая или бульона и позаботиться о том, чтобы прогреть кирпич.

Он даже раздобыл стеганое одеяло, сухо посоветовав Эви не спрашивать, где его взял. Уверенная, что иначе она превратится в сосульку, Эви быстро избавилась от всех угрызений совести и беззастенчиво льнула к Сент-Винсенту, стоило ему оказаться в карете.

– Не думайте, что я вешаюсь вам на шею, – заявила она, пристроившись у него под боком. – Просто вы единственный источник т-тепла, который имеется под рукой.

– Как скажете, – лениво отозвался Сент-Винсент, плотнее закутав их обоих в одеяло.

 – Хотя, должен заметить, в последние полчаса вы уделили моему бренному телу больше внимания, чем кто-либо другой.

– Сомневаюсь. – Она глубже зарылась в его сюртук и невнятно продолжила: – Думаю, ваше бренное тело никогда не испытывало недостатка во внимании.

– Но не в таких обстоятельствах. – Он дернулся и слегка передвинул ее. – Уберите свое колено, дорогая, иначе ваши планы о подтверждении брака могут оказаться под угрозой.

Эви задремала и проснулась только на следующей остановке, когда Сент-Винсент осторожно тряхнул ее за плечо.

– Эванджелина, – шепнул он, убирая с ее лица растрепавшиеся волосы. – Просыпайтесь. Мы на постоялом дворе. Пора выйти и освежиться.

– Я не хочу, – пробормотала она, раздраженно отталкивая его руку.

– Придется, – мягко возразил он. – Нам предстоит длинный отрезок пути, так что рекомендую вам воспользоваться удобствами, пока есть такая возможность.

Эви хотела было возразить, что ей не требуются никакие удобства, но вовремя опомнилась.

При мысли о том, чтобы выбраться из кареты на холодный серый дождь, она чуть не расплакалась. Нагнувшись, она натянула влажные, облепленные грязью ботинки и взялась за шнурки. Сент-Винсент решительно отвел ее руки и завязал их сам, а затем помог ей выйти из кареты. Снаружи царил дьявольский холод. Эви поежилась под порывами ледяного ветра. Накинув капюшон ей на голову, Сент-Винсент обнял ее за плечи и повел через двор к гостинице.