Замужем с утра

 – Для моего излюбленного занятия вы сложены как нельзя лучше. Но таскать камни вам не под силу. Проклятие, Маркс, вы поранитесь…

– Лежите смирно, – вскрикнула Кэтрин, услышав, как Лео сдвинул один из камней. – Вам станет хуже, и мне будет еще труднее вытащить вас отсюда. Предоставьте это мне. – Отыскав кучу тесаных камней, она начала перетаскивать их один за другим к самому высокому месту, стараясь не защемить ненароком подол.

– Вы недостаточно сильны, – слабым голосом проговорил Лео, тяжело дыша.

– Пусть мне недостает физической силы, – ответила Кэтрин, волоча новый камень, – зато решимости хватает с избытком.

– Звучит впечатляюще. Но может, мы на минутку оставим героизм и обратимся к здравому смыслу?

– Я не собираюсь с вами спорить, милорд. Мне нужно поберечь дыхание. – Она нагнулась за очередным камнем.

Наблюдая сквозь туманную пелену перед глазами, как растет гора камней и обломков деревянных перекрытий, Лео решил, что опять недооценил Кэтрин Маркс. Путаясь в длинных юбках, эта полуслепая женщина, самая безумная из всех, кого он знал, упорно сновала туда-сюда по кучам мусора, словно трудолюбивый крот.

Время от времени она прикладывала руку ко лбу или к горлу Лео, проверяя температуру и частоту пульса. А затем снова принималась ворочать камни.

Лео мучительно переживал свою унизительную беспомощность. Мысль о том, что он лежит как бревно, а женщина в одиночку таскает тяжелые камни, доводила его до исступления, но каждый раз, стоило ему поднять голову, подступали слабость и дурнота.

Должно быть, на несколько минут Лео потерял сознание, потому что вдруг ощутил, как Кэтрин испуганно трясет его, пытаясь привести в чувство.

– Маркс, – пробормотал он непослушными губами, – что вы здесь делаете? – Он недоуменно поморщился. Ему показалось, что на дворе раннее утро, а Кэтрин пытается разбудить его раньше срока.

– Не спите, – с тревогой заговорила девушка. – Я свалила в кучу достаточно камней, чтобы мы с вами смогли отсюда выбраться. Идемте со мной.

Тело Лео будто сковало свинцом. Навалилась тошнотворная слабость. Каждое движение причиняло боль.

– Сейчас, сейчас. Дайте мне немного подремать.

– Скорее, милорд. – Кэтрин продолжала тормошить и тянуть Лео, пока тот не открыл глаза. – Идемте. Поднимайтесь. Двигайтесь.