Игра Бродяг

Она запрокинула голову и увидела над собой широкое тело моста. Хоть какое-то укрытие. Доплыв до другой стороны, она вцепилась в скользкую сваю и прищурилась, пытаясь высмотреть в темноте место, где сможет выбраться на сушу. Кажется, вон там, прямо у опор моста, нечто вроде пологой насыпи.

К ней она и направилась. Грести одной рукой было весьма проблематично, тем более что зеленый плащ вздулся пузырем, мешая движениям. Вот так и потонешь, хотя тут плыть-то… Было бы, конечно, куда разумнее сбросить плащ, но Наёмница так к нему прикипела, что была готова потонуть, но не расстаться.

Мокрые волосы навязчиво липли к лицу. Все еще пытаясь убрать их с глаз, она шагнула на насыпь, и тут же сильный удар в грудь сбил ее с ног. Наёмница клацнула от злости зубами и рухнула в воду, подняв сноп темных брызг.

– Какого (…), (…)?! – заорала она из воды.

– Пошла на (…), пошла отсюда, (…)! – ответил ей истеричный женский голос.

Всего лишь женщина. Если это действительно просто женщина, а не очередная паскудная ведьма, как Шванн, то Наёмница справится с ней без труда.

– Вот еще, сука, – миролюбиво ответила Наёмница, выходя на берег и замахиваясь. – Сейчас сама отсюда пойдешь.

Ее оппонентка предпочла промолчать. Наёмница умиротворенно уселась на землю, положила кристалл на колени и принялась выжимать волосы и плащ. Возле злобно съежилось темное взъерошенное создание.

– Что вообще происходит? – спросила Наёмница. Она основательно нахлебалась воды из реки, в желудке так и булькало.

– Заткнись, услышат, – прошипело съежившееся создание, яростно сверкая в темноте белками глаз. – ААА! Свет убери!

«Какой свет?» – не поняла Наёмница и только тут осознала, что кристалл светится. Она поспешила спрятать его за пазуху и еще для надежности прикрыла плащом.

По мосту над ними загрохотали копыта.

Тонко запищал ребенок. Создание испуганно задергалось, путаясь в мокрых тряпках, и снова зашипело, на этот раз обращаясь не к Наёмнице:

– Заткнись, заткнись, заткнись!

«Еще и младенец», – вздохнула Наёмница.

Любая сложная ситуация становится абсолютно невыносимой, стоит добавить в нее младенца. Одно утешение – если она слышит родную речь, значит, она все еще в Нарвуле. Наёмница не имела ни малейшего предположения, почему ее вдруг зашвырнуло сюда. Одно она знала точно – так просто ей отсюда не вырваться.

***

Периодами впадая в чуткую дрему, лишь на рассвете они решились покинуть свое убежище под мостом.