Радио Сахара

Давайте это обсудим, – Лучина встала, жуя яблоко, – Что будем делать?

Все молчали и с волнением смотрели на Лучину, толком не понимая, что надо обсуждать.

– Ну, что будем делать? – строго спросила Лучина.

– Надо пойти его успокоить.

– Ты о чем, Юль?

– Как о чем? Об Игорьке.

– Об Озорнине, что ль?

– Да.

Юлечка поднялась, и хотела было сделать шаг к палатке, где буянил Озорнин, но Лучина остановила Юлю, – Не бери в голову, Юль, поорёт, поорет и успокоится.

– Так он плачет…

– Побольше поплачет – поменьше поссыт, – Лучина не на шутку рассердилась, – Что будем делать? –  Лучина обняла Борю и обвела всех испепеляющим взглядом.

– Так и будем на сухую сидеть в такой прекрасный душевный вечер?

Крутько и Розин оживились.

Степанович что-то шепнула Марише.

– Леночка Голицына! – Мариша поднялась и подошла к Леночке Голицыной, – Я, как заместитель председателя советы дружины, запрещаю тебе вестись на происки моей подруги Ирины Лучиной.

Леночка Голицына поправила платочек и ответила томно:

– Мариш, не волнуйся, спирт в надежном месте.

– Ну и ладно, я смотрю, здесь все такие принципиальные собрались? Пойдем, Боря – Лучина аккуратно положила огрызок яблока в миску, взяла Борю под ручку и, грациозно виляя бедрами, повела его в радиопалатку.

Прошло полчаса, час.

Все сидят в недоумении.

Лучина и Боря пошли в палатку вдвоем! Их нет уже целый час! Кусок в горло не лезет.

Сурикаты, пользуясь всеобщим оцепенением, просто напросто тащат все, что плохо лежит.

Никому даже нет дела, чего нас грабят сурикаты.

Лучиной и Конона нет уже целый час пятнадцать минут!

Первой не выдерживает Мариша.

– Простите, Вы что-нибудь слышите?

– Озорнин орет, да сурикаты волочат по песку флягу с горючим маслом, – тревожно произнес Ксенофонтов.

– Да я не об этом. Где Иришка и Боря?

– Так они в радиопалатку пошли.

– А точно ли они в радиопалатку пошли? Мне кажется, что они из радиопалатки уже ушли. Уже целый час из радиопалатки, куда ушли Иришка и Боря не раздается ни одного шума!!!

– Действительно. А я думаю, что меня тревожит? – самопроизвольно произнесла Эршевицкая.

– Пойдемте, посмотрим, может быть их уже в пустыне искать надо? Может быть, они уже заблудились? – забеспокоилась Осипова.

– Как то неудобно, – засомневалась Юлечка.