Тайны и желания

– Все-таки ты умеешь хранить некоторые тайны, ты можешь развеселить, ты… умеешь делать приятные сюрпризы… Томас, да ты издеваешься! – возмутилась Лидия, заметив, как он едва сдерживает улыбку.

– Мне приятно это слышать. Спасибо, – уже не скрывая удовольствия, произнес он. – И я бесконечно счастлив, что мы снова общаемся с тобой, Лидия.

– Было бы странно, если бы я не разговаривала с начальником.

– Ты же понимаешь, что я имею в виду.

– Разумеется, – подтвердила мисс Лейдлоу.

– Ты доела утку, – складывая приборы и отодвигая тарелку, потешался Томас.

– Если ты все еще голоден, я попрошу дополнительную порцию, – забеспокоилась Лидия.

– Благодарю за заботу и вкусный ужин, но у нас впереди еще десерт. Ты же поделишься своим куском пирога?

– Можешь съесть, сколько захочешь. Я откажусь от десерта, – тактично ответила мисс Лейдлоу, хотя его вопрос показался ей двусмысленным.

Проходя в гостиную, Томас посмотрел на наручные часы. Он еще успевал на позднюю встречу. Неожиданно для себя мистер Белл понял, что рассматривает плавно движущиеся округлости впереди идущей леди, обтянутые черным бархатом.

Лидия чувствовала себя прекрасно. Она поразмыслила о том, что стоит выпивать бокал вина перед очередным делом, связанным с приготовлениями к свадьбе, от которых она испытывает дикое напряжение… Но осталось еще так много дел, что велика вероятность того, что можно спиться. Лидия тихо улыбнулась мыслям.

Гостиная в особняке Лейдлоу была обставлена исключительно по вкусам хозяйки Нест-Хауса.

Леди Стонклиф, в девичестве мисс Аддерли, увлекалась искусством, и муж с удовольствием приобретал для жены дорогие подарки, которые и были выставлены на обзор гостей и домочадцев по всему дому. Многочисленные диванчики, расставленные по комнате, образовывали несколько небольших зон. Излюбленная семейством зона находилась рядом с камином, на котором выставлены фотографии членов семьи, а над ним висела большая картина.

Пока прислуга накрывала чайный стол, Лидия расположилась на диванчике, а Томас, сняв черный пиджак, подошел к незатопленному камину, чтобы в который раз рассмотреть снимки.

– Порядок поменялся, – едва слышно произнес он. Возможно, это были мысли вслух.

– Что? – переспросила Лидия.

– Я сказал, что фотографии стоят по-новому, – громче повторил Томас.

– Правда? – Лидия подошла к нему.

– Фотография с моими родителями стояла ближе к краю, а теперь рядом с моей, – Томас указал на снимок с матерью и покойным отцом.