Мара и Морок. Особенная Тень

Мара и Морок. Особенная Тень

Лия Арден

Мара и Морок #2Охотники за мирами

После предательства Морока Мара живой попадает в руки потомков своего врага. Ей придётся лицом к лицу встретиться с Северином – нынешним королём Серата – и узнать, какую судьбу он приготовил для неё. Ей предстоит разобраться в том, как много лжи таится в её прошлом и настоящем. Ей необходимо найти способ завершить свою давнюю месть.

Однако Мара не единственная, кому нужно принять решение. Морок должен сделать выбор, который он больше не может откладывать.

Лия Арден

Мара и Морок. Особенная Тень

© Арден Л., 2022

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2022

Посвящается каждому читателю, который взял книгу в руки и позволил Маре и Мороку ожить вновь

1

Мары. Так называют девушек, к которым прикоснулась сама богиня Морана, чтобы они помогали ей с переправлением душ умерших. Тех душ, которым по каким-то причинам не удалось покинуть мир живых.

Морана – богиня зимы и смерти. Но смерть от руки Мораны и её помощников милосердна, ибо дарует переход от одной жизни к другой, к новому началу. Это как смена сезона, когда после зимы обязательно приходит весна.

Морану также называют Морена или Мара и представляют как красивую девушку с молочной кожей и чёрными волосами, что держит в руках серп, чтобы резать Нити Жизни. Под ногами у неё снег да разбитые черепа, а поступь её сопровождается треском льда на замёрзших реках.

Отмеченных Мораной прозвали Марами, отдав им одно из имён богини, ибо все эти девушки похожи на неё.

    Малахий Зотов. Забытое о Марах и Мороках

Я не разговариваю с ним уже три дня, как, впрочем, и он со мной. Три дня назад я видела Даниила в последний раз, три дня назад я и Морок пересекли границу Серата. Три дня назад я узнала, что Аарона как такового не существует. Это лишь очередное имя, очередная и самая лживая из всех его ролей. На самом деле его зовут Александр, и он потомок убийцы моей сестры.

Потомок тех, кто убил моих сестёр – Мар, – и меня в том числе. А теперь я привязана к нему, и ещё я снова в кандалах.

Он изменился. Я хоть и ненавижу его сейчас, но не могу перестать пристально наблюдать за ним с какой-то долей восхищения и растерянности. Его движения стали плавнее и увереннее. Спина всегда прямая, а плутовская ухмылка, что часто играла на его губах в Аракене, – исчезла.